Травля — системный сбой школьного коллектива. Что делать, если ребенка травят в школе?

23 Янв02922

Ксения Букша: По зарубежным исследованиям, каждый пятый ребенок познал на себе, что это такое — школьный моббинг или попросту травля. Бойкоты и побои, смешки и тычки, отвержение и бессилие. Каждый седьмой участвовал в травле сам. Сколько учеников оказались в пассивной, беспомощной и не менее вредной роли наблюдателя — сосчитать труднее. Почему дети травят друг друга и что делать, если вдруг затравили ребенка.

Причины и участники

Дети подрастают и осваивают социальные взаимодействия. Многим из них необходимо пережить сплоченность по какому-либо принципу. Если есть основания добрые, положительные, — дети охотно берут именно их. Беда в том, что в современной школе созданием таких оснований никто не занимается; школа нынче — «поставщик образовательных услуг». А что коллектив детей обязательно будет решать свои задачи за счет некоторых своих членов — на это школе как системе наплевать. Итак, в отсутствие задач конструктивных дети неизбежно сплачиваются против кого-то. И часто это бывает не борьба группировок, а именно травля одного-двух отщепенцев класса. Таким отщепенцем может стать практически любой ребенок.

Чаще не везет отличающимся: слишком чувствительным, шибко умным или, наоборот, тормознутым интеллектуально и немного запаздывающим социально

Внешние признаки (очки, одежда и прочее) играют второстепенную роль, но могут поспособствовать травле, если дело идет к тому. Зачинщиками травли часто бывают дети «близкие к идеалу» — сильные лидеры, отличники, на них возлагаются надежды в семье и школе, и, соответственно, внутри которых коренится глубокий социальный страх «упасть с пьедестала», либо дети — неформальные лидеры, часто не очень благополучные, недополучившие родительской любви. Кстати, эти две группы не исключают друг друга: ребенок может прекрасно учиться и преуспевать, но при этом иметь не слишком теплые отношения в семье.

Рядом с зачинщиками существуют их клевреты, на некотором расстоянии — «болото» наблюдателей, которые видят травлю, не особенно участвуют в ней, но и не делают ничего, чтобы ее прекратить (потому что боятся тоже стать козлами отпущения). Иногда появляются и защитники — рано эмоционально созревшие дети, которым невыносимо видеть, как мучают одноклассника.

Травля — это очень серьезно. Недооценивать происходящее нельзя. На кону как минимум несколько испорченных лет жизни всех членов коллектива. Зачинщики получают нездоровый опыт всесилия и увеличивают собственный стыд и страх перед социальным падением. Наблюдатели — опыт равнодушия и опять-таки стыда и страха. У объекта травли может серьезно пострадать самооценка и вера в людей, замедляется эмоциональное развитие.

По исследованиям Ольвеуса и Гилмартина, в зрелом возрасте в семьях агрессоров нередки случаи насилия. Бывшим «жертвам» труднее, чем в среднем по популяции, устанавливать близкие контакты с людьми. А пассивные наблюдатели могут проявлять меньше сочувствия к страданиям других.

Бывают последствия и покруче: случалось, что доведенный до отчаяния ребенок сильно травмировал или убивал своего мучителя, а подростки в результате травли совершали самоубийство. Неумолимая статистика показывает, что жестокость вербальной и социальной травли (в отличие от физической) не снижается с годами сама, а подростки в среднем гораздо меньше сочувствуют жертвам, чем младшеклассники.

Если ты стала изгоем в классе – и понимаешь, что переходить некуда…

• запишись в творческую студию или на спорт – там ты отвлечешься и раскроешься;
• чаще общайся со взрослыми, которым будет проще понять тебя;
• веди дневник, в котором анализируй причины происходящего. Это гораздо полезнее, чем желать обидчикам зла. Спланируй разное поведение – какое-то поможет;
• посмотри на одноклассников с другой стороны: их выходки – результат воспитания родителей, которые не смогли научить детей любви.
• и помни: школа – это временное испытание, скоро она закончится – и все будет хорошо!

Комментарий психолога

Почти в каждом классе обязательно есть своя белая ворона – это связано с высоким уровнем подростковой агрессии и потребностью кого-то обижать, дружить якобы против кого-то. Обычно достается тому, кто хоть как-то выделяется. Это не значит, что он чем-то хуже, – у него просто не хватает внутренних сил на защиту.
Иногда кажется, что надо чуть-чуть потерпеть – и ситуация наладится: вокруг все повзрослеют и подобреют. Но нет: это происходит слишком редко. Такие перемены – исключение, а не правило.
Не стоит воспитывать в себе силу воли, пытаясь перетерпеть все издевательства. Единственный разумный выход в подобной ситуации – это смена класса или школы.
Анина история – отличный урок. Суть его – не в том, что девочка стала сильнее, нашла друзей, научилась себя защищать, а в том, что она открыла в себе массу талантов. Наша героиня чувствовала, что безвыходных ситуаций не бывает, – надо находить решение даже тогда, когда нет возможностей. И тут ей как раз помогло то добро, что окружало ее в детстве: подсознательно она все равно верила в хорошее.

‍Как распознать буллинг и чем он опасен

Если ребёнок стал жертвой, но не рассказывает об этом напрямую, о травле можно догадаться по другим физическим и психологическим признакам.

  • Беспричинные боли в животе и груди
  • Нежелание идти в школу и плохая успеваемость
  • Нервный тик, энурез
  • Печальный вид, беспокойство, тревожность
  • Нарушенный сон, кошмары
  • Длительное подавленное состояние
  • Участившиеся простуды и другие заболевания
  • Склонность к уединению, нежелание общаться
  • Проблемы с аппетитом
  • Излишняя уступчивость и осторожность.

<<Форма с консультацией>>

Кто участвует в буллинге

Буллинг наиболее распространён в начальной и средней школе. К 10–11 классам на фоне процессов созревания мозговых структур и способности у подростков к саморегуляции он постепенно сходит на нет.

Исследование о частоте проявлений буллинга в зависимости от класса, проведённое Даном Ольвеусом.

Если в коллективе началась травля, сложно не включиться. В буллинге много ролей. Три основные: булли (придумывают и возглавляют издевательства), наблюдатели (вроде в стороне от конфликта, но всё равно одобряют либо осуждают агрессоров) и жертва.

К сожалению, в ситуации буллинга бесполезно занимать отстранённую позицию. Даже если нападкам подвергается только один одноклассник и вашего ребёнка «это не касается», наблюдатели получают не меньшую, а порой и большую травматизацию.

В психологии даже есть термин «травма наблюдателя». Часто ребёнок не может самостоятельно справиться с опытом наблюдения за продолжающимся насилием.

Буллинг причиняет ущерб психическому здоровью не только жертвы, но и детей, которые находятся в позиции безмолвных свидетелей.

Вы должны правильно оценить обстановку и рассказать об этом учителю

Нужно четко понять, что происходит в данном детском коллективе. Одно дело — когда ребенок просто не имеет друзей, когда одноклассники к нему равнодушны. Другое — если его активно травят, издеваются, не здороваются, высмеивают, показательно «ненавидят». Поверьте, это совершенно разные вещи, которые невозможно перепутать. Так как у вас, очевидно, есть какой-то контакт со своим ребенком — травлю вы пропустить не сможете и делать вид, что ребенок «просто непопулярен» не стоит. Потому что действия в первом и во втором случае — принципиально разнятся.

Если ребенок робок и хотел бы больше высовываться, имеет смысл помочь ему раскрыться, показать свои хорошие стороны, умения. Но если его травят, это не поможет, будет только хуже! Любая, абсолютно любая черта ребенка будет обращена против него. Если тебя травят, ты можешь быть отличником, двоечником или хорошистом, серым и забитым или ярким, можешь уметь стоять на ушах, рисовать комиксы, иметь крутой планшет — и тебя будут травить именно за это. Бесполезно не обращать внимания и не плакать, не поможет научиться давать сдачи (нападающих — больше, да и не сводится отвержение только к физическому насилию), он никак не сможет обернуть травлю в свою пользу.

Учитель должен взять на себя ответственность

Если вы видите, что ребенка действительно травят, нужно сообщить об этом учителю и, если нужно, руководству школы. Травля — системный баг школьного коллектива, и разбираться с ней на уровне детей и родителей абсолютно неэффективно. До сведения учителей нужно донести суть происходящего.

Нередко учителя начинают сваливать вину на затравленного ребенка: «он не похож на других», «он неправильно себя ведет», «он сам подставляется», «его не любят». Или даже: «она такая умная, а умных не любят». Главное, не поддаваться на эти провокации, даже если они имеют вид комплиментов ребенку. Помним, что жертва не может быть виновата в насилии. Но есть и более неочевидное знание: зачинщики травли тоже не вполне виноваты, особенно если речь идет о младшеклассниках. Это не сознательное злодейство, а следствие неправильно направленного инстинкта. Поэтому наказания — попытка изменить поведение зачинщиков — не сработает точно так же, как и благоглупости вроде «пусть она покажет, как хорошо она умеет прыгать через резиночку, и все ее зауважают».

Кадр из фильма «Чучело», 1983 . Режиссер — Ролан Быков

Именно поэтому неэффективно и говорить с родителями зачинщиков — ведь дело не в самих этих ребятах-лидерах, а в сложившемся стиле поведения всей группы. Точечные меры не сработают. Для прекращения травли взрослые члены школьного коллектива должны снять ответственность с детей и взять ее на себя. Если учитель к этому не готов, родителю имеет смысл обратиться выше. Возможно, он встретит большее понимание у директора или школьного психолога.

Людмила Петрановская, психолог. Статья «Детки в клетке» из блога, посвященная школьному моббингу: «Если это руководитель, пусть отдаст распоряжение и отследит выполнение, или сделает сам, раз подчиненные не способны. Обращаться во внешние инстанции — крайний вариант, но если нет другого выхода, тянуть не надо. В нашем случае только с уровня директора пошли изменения. Директор тоже попыталась играть в игру «а что же вы со своим ребенком не поработали», но после вопроса: «То есть вы расписываетесь в том, что ваш педколлектив с травлей ребенка в классе справиться не может?» быстро сменила стиль разговора и мы обо всем мило договорились».

Что делать ребёнку

Ребёнок в силу возраста не может сам защититься от буллинга. Это работа взрослых. Однако есть базовые вещи, которые взрослые должны объяснить ему для профилактики буллинга в школьной среде.

  • Рассказывать о случаях буллинга взрослым, которым доверяешь, — правильно, это не стукачество.
  • Нужно укреплять самооценку и вести себя уверенно. Быть настойчивым и сильным (хотя бы внешне).
  • Нельзя надеяться отомстить с помощью ещё большей жестокости. Это приведёт к новым проблемам. Лучше искать друзей среди сверстников и использовать самое мощное оружие против агрессии — юмор.
  • Необходимо избегать ситуаций, в которых возможна травля, и отклонять предложения поучаствовать в ней.
  • Если стал свидетелем насилия, нужно немедленно привести кого-то из взрослых или посоветовать жертве пойти за помощью к родителю или учителю, которому она доверяет.

Что делать, если твой ребёнок — буллер

Чаще всего буллерами становятся дети, подвергающиеся насилию в семье, а также пережившие психотравмирующие моменты в прошлом. Если отец бьёт и унижает мальчика дома, то с огромной вероятность на следующий день он попробует отыграться на более слабых одноклассниках. Такому ребёнку бесспорно нужна помощь специалистов, но главное проанализировать, что происходит в вашем доме.

Но бывают случаи, когда буллер обладает высокой самооценкой вкупе со сниженной эмпатией и вполне осознаёт свои действия. Такому ребёнку необходимы жёсткие границы и понятные последствия его действий. Поговорите с ним об этом. Расскажите о своём опыте в качестве жертвы или агрессора.

Обратите внимание на окружение ребёнка: не подвергается ли он насилию со стороны более взрослых приятелей (иногда достаточно постоянных саркастических замечаний).

Наконец, сходите на консультацию к семейному психологу, чтобы всем вместе разобраться в происходящем. Часто сделать это своими силами невозможно.

Елена Трушина, клинический психолог (МГУ имени М. В. Ломоносова), аналитический психолог, супружеский терапевт.

Уходить или нет?

Многие предлагают просто перевести жертву или зачинщика в другую школу. Но нет гарантии, что ситуация не повторится на новом месте: новенький в коллективе с недавним неприятным опытом роли жертвы травли — это повышенный риск отвержения, особенно если класс опять окажется проблемным. Оказавшийся новеньким зачинщик — тоже в стрессе, и с немалой вероятностью попытается воспроизвести схожую иерархию на новом месте, пусть не в роли лидера, а в роли «клеврета». Да и старая группа, привыкшая к травле как стилю жизни, выберет других участников на роли лидера и козла отпущения. Конечно, есть ситуации, когда нужно просто бежать и спасать ребенка (подростка). Но беда в том, что как раз в таких ситуациях смена школы может не помочь. В наши дни травля, особенно у детей старше 9-10 лет, нередко продолжается посредством соцсетей, где полным-полно страничек вроде «Кто ненавидит Васю Пупкина». Невозможно ведь отобрать у подростка мобильник и отрезать его от интернета. Итак, если говорить не о спасении ценой бегства, а о прекращении травли как явления, возможно, имеет смысл не убирать из школы отдельных детей, а попытаться преодолеть ситуацию вместе.

Учитель и класс вместе против моббинга

Только так. Не «учитель заступается за жертву» и не «все обличают зачинщиков». Это не поможет. Сработают только длительные, постепенные меры по оздоровлению климата в классе. В тяжелых случаях, если группа детей живет травлей долгие годы, имеет смысл расформировать класс и/или сменить классного руководителя. Но если травля началась недавно, если школа еще начальная, существует последовательность шагов, которая поможет переломить ситуацию.

Учитель должен, не стыдя и не называя отдельных «виновников», дать классу понять, как мерзко и опасно то, что происходит в их коллективе. Часто дети сами не понимают, какой вред наносят жертве, им кажется, что их действия вполне невинны. Дело учителя — разъяснить им это, как и то, в какой непривлекательной роли выступают они сами.

Людмила Петрановская, психолог: «Напомнив детям тот отрывок , в котором описана травля, можно сказать примерно следующее: «Обычно, читая эту сказку, мы думаем о главном герое, об утенке. Нам его жаль, мы за него переживаем. Но сейчас я хочу, чтобы мы подумали о вот этих курах и утках. С утенком-то все потом будет хорошо, он улетит с лебедями. А они? Они так и останутся тупыми и злыми, неспособными ни сочувствовать, ни летать. Когда в классе возникает похожая ситуация, каждому приходится определиться: кто он-то в этой истории. Среди вас есть желающие быть тупыми злобными курами? Каков ваш выбор?»

Когда все в классе согласятся, что больше не хотят продолжать жить травлей, начинается процесс оздоровления, за которым строго следит учитель. Каждый день, каждую неделю он мониторит процесс позитивных изменений и отслеживает: были ли драки, насмешки, угрозы. Атмосфера в группе школьников — это действительно забота классного руководителя. На моральное чутье детей полагаться рано, если оно и просыпается в ком-то, то один ученик не имеет достаточного влияния, чтобы по-настоящему изменить, переломить ситуацию. Поэтому менять класс можно только под строгим контролем сверху. И лидер в классе должен быть только один — учитель.

Во многих странах существуют национальные программы предотвращения детской травли, например, программа Ольвиуса в Норвегии применяется уже двадцать лет, и за время ее существования количество жертв травли сократилось на 50%. Помимо прочего, эта программа предполагает высшую инстанцию — межшкольный комитет по проблеме моббинга. В Великобритании действует программа Таттума, которая учреждает в каждой школе суд из учеников и учителей для разбора подобных жалоб. Для случаев жесткой подростковой травли существует прием «челночной дипломатии»: психолог попеременно встречается то с объектом травли, то с агрессорами, вырабатывая условия, на которых стороны могли бы встретиться и заключить перемирие.

После того как травля прекращена, время позаботиться о том самом, что упоминается в начале статьи, — позитивные основания для совместной работы. Конечно, никого не нужно тянуть в коллектив силой. Есть дети, которым так и не захочется или они не смогут активно дружить и участвовать в совместных играх и делах. Но важно, чтобы те, кому нужно проявить себя, могли делать это без насилия.

Оригинал

На фото: кадр из фильма «Чучело», 1983 г., режиссер — Ролан Быков.

Yes!

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *