Сщмч. Владимир (Богоявленский)

Владимир (Богоявленский) (1848 — 1918), митрополит Киевский и Галицкий, духовный писатель и проповедник, священномученик, первый архиерей-новомученик Русской Церкви

Память 25 января, 14 июня — память обретения мощей в 1992 году (Укр. ), в Соборах новомучеников и исповедников Церкви Русской, святых Киевских, Московских, Санкт-Петербургских и Самарских

В миру Богоявленский Василий Никифорович, родился 1 января 1848 года в селе Малая Моршевка Моршанского уезда Тамбовской губернии в семье священника.

В 1864 году окончил Тамбовское духовное училище .

Среднее образование получил в Тамбовской духовной семинарии, и высшее в Киевской духовной академии, в которую поступил в 1870 и окончил 24 мая 1874 года со степенью кандидата богословия и с правом на магистра.

По окончании академии в том же году назначен был в Тамбовскую семинарию на должность преподавателя по Гомилетике, Литургике и Пастырскому богословию.

Через год перешел на кафедру Священного Писания, вместе с тем преподавал в семинарии немецкий язык и имел уроки по географии сначала в епархиальном женском училище, а затем в женской гимназии. Но религиозное настроение влекло его к пастырству.

Прослужив в Тамбове около восьми лет, женился, оставил службу при семинарии и 31 января 1882 года был рукоположен во священника в Покровской соборной церкви города Козлова (ныне Мичуринск).

В 1883 году перемещен на должность настоятеля Троицкой церкви города Козлова и назначен благочинным местных городских церквей. Уже здесь он показал себя выдающимся проповедником и обратил особое внимание на вне богослужебные беседы, как лучшее средство религиозного просвещения. Рано потеряв жену и единственного ребенка, о. Василий в своей скорби услышал голос, призывающей его «оставить мир и яже в мире» и всего себя отдать на служение Церкви.

8 февраля 1886 года принял иноческий постриг с именем Владимира в Тамбовском Казанском монастыре и на другой же день был возведен в сан архимандрита и назначен настоятелем Тамбовского Троицкого монастыря.

6 октября того же года назначен настоятелем Новгородского Антониева второклассного монастыря.

Содержание

Епископ Старорусский

13 июня 1888 года хиротонисан во епископа Старорусского, викария Новгородской епархии с местопребыванием в городе Новгороде. Хиротонию в Александро-Невской Лавре возглавил митрополит Исидор (Никольский).

Паству привлекало благоговейное и благолепное служение епископа и особенно его проповедничество, проникнутое твердой верой, любовью к служителям и пламенной ревностью по Бозе, и, вместе с тем, — простое и безыскусственное, всем доступное по своей форме. Памятником этого служат его «Беседы на семь слов Спасителя со креста».

Епископ Самарский

19 января 1891 года назначен епископом Самарским.

Он ввел внебогослужебные собеседования по различным церквам и присутствовал на них. Для распространения духовного просвещения в народе, епископ Владимир основал в Самаре Алексеевское религиозно-просветительное братство, созывал любителей духовного просвещения на духовно-нравственные чтения в семинарии. Заботливое внимание обращал он и на духовно-учебные заведения и на развитие церковно-приходских школ мужских и женских.

Служил часто и во всех даже самых маленьких храмах. Но особенно много сделал он в Самарской епархии во время неурожая и последовавшей затем холерной эпидемии. Под своим личным заведованием еп. Владимир учредил епархиальный Комитет для пособия пострадавшим от неурожая. По уездным городам также были устроены епархиальные комитеты. Сам епископ и в печатных воззваниях и в поучениях старался расположить всех к помощи пострадавшим. К этому делу были привлечены все настоятели церквей и монастырей.

Во время губительной эпидемии холеры, уносившей многие тысячи жертв, епископ Владимир стал устраивать на видных местах и площадях города общественные молебствия и обращался к тысячам народа со словами утешения и ободрения, указывая в то же время на меры предосторожности против заболевания.

Экзарх Грузии

18 октября 1892 года был назначен архиепископом Карталинским и Кахетинским, Экзархом Грузии, с званием члена Святейшего Синода.

В Грузии, как и в Самаре, владыка поставил себе первой задачей содействовать развитию и укреплению в крае просвещения и веры в духе Православной Русской Церкви. Он установил внебогослужебные собеседования и церковное учительство во время богослужений, привлекая к этому всеми мерами приходское духовенство и первый подавал к тому пример. При всем неудобстве путей сообщения на Кавказе, он очень часто предпринимал поездки по обширному краю, всюду входя в духовные и материальные нужды духовенства и паствы. Сектанты, раскольники и прочие все составляли предмет заботливой внимательности архипастыря, которому и удалось за время своего управления экзархатом, достигнуть сближения неправославных элементов с Православием.

За время служения владыки в Грузии было построено более ста храмов и открыто более трехсот церковно-приходских школ, оживилась деятельность Общества восстановления православного христианства на Кавказе, изысканы средства на возобновление старинных церквей. Учреждено миссионерское епархиальное духовно-просветительное братство. Во время холеры на Кавказе при Тбилисских церквах устроены были столовые для бедного народа.

С 1897 года состоял почетным членом Казанской духовной академии «во внимание к его благоплодным архипастырским и миссионерским трудам».

Митр. Владимир (Богоявленский)

Митрополит Московский

21 февраля 1898 года назначен митрополитом Московским и Коломенским, а также священноархимандритом Свято-Троицкой Сергиевой Лавры.

Был в числе иерархов, подписавших в 1901 году постановление Синода об отлучении графа Л.Н. Толстого от Русской Церкви.

Подписал постановление Синода об открытии мощей преподобного Серафима Саровского, св. Питирима Тамбовского и св. Иоасафа Белгородского, а также принял ходатайство об открытии мощей патриарха Ермогена.

При нем был выстроено здание Епархиального дома, где сосредоточены все епархиальные, духовные, народно-просветительские учреждения и храм во имя св. князя Владимира. В залах Епархиального дома проводились лекции, чтения, беседы. Обширное помещение в доме отведено было для епархиальной библиотеки и читальни. Здесь же помещалась редакция духовных журналов.

Будучи духовным руководителем великой княгини Елисаветы Феодоровны, митрополит Владимир оказал ей содействие в основании Марфо-Мариинской обители.

В последние годы владыка обратил особое внимание на борьбу с народным пьянством. В 1911 году под его покровительством состоялся Российский противоалкогольный съезд 1911 г.

Митрополит Санкт-Петербургский

23 ноября 1912 года назначен митрополитом Санкт-Петербургским и Ладожским, священно-архимандритом Свято-Троицкой Александро-Невской Лавры и первенствующим членом Святейшего Синода.

Несмотря на плодотворную деятельность митр. Владимира, в литературе встречаются попытки охарактеризовать его как человека корыстного, держащегося за принадлежащую ему власть, а для этого не брезгующего никакими приемами.

Так, бывший иеромонах Илиодор, расстрига Сергей Турфанов, в своих записках о Распутине пишет, что митрополит Владимир, в бытность Санкт-Петербургским, не стал вместе с другими честными служителями Церкви Божией обличать Распутина, боясь попасть в немилость. Поэтому он согласился с мнением Святейшего Синода на ссылку епископа Ермогена (Долганёва), за что после высылки из столицы епископа Ермогена якобы был щедро награжден Распутиным. Однако, характерно, что ровно через три года после назначения митрополитом Санкт-Петербургским, первенствующим членом Синода, заслуженный архипастырь много потрудившийся и завоевавший всеобщую любовь и уважение, восемнадцать лет находившийся в сане митрополита, вдруг переводится в Киев, на младшую из трех митрополичьих кафедр, а на его место назначается только что возведенный в сан митрополита Питирим (Окнов). С карьеристами, любимцами сильных века сего так не поступают.

В качестве обвинения митрополиту Владимиру приводится еще один случай, в свое время наделавший много шуму и давший повод к многим нареканиям на него, когда он был еще архиепископом, Экзархом Грузии.

Сщмч. Владимир (Богоявленский)

Ректор Тифлисской семинарии архимандрит Серафим в присутствии воспитанников семинарии обозвал грузинское церковное пение «собачьим лаем». За этим последовал бурный взрыв негодования, распространившегося и на архиепископа Владимира. Вместо того, чтобы наказать провинившегося архимандрита должным образом и тем умиротворить взволнованный край, архиепископ Владимир почему-то взял ректора семинарии под свою защиту и тем самым вызвал большое недовольство грузинских националистов.

Этот случай не только умножил число его врагов, но и помог открыть еще одну черту его характера. Взяв под свою защиту архимандрита Серафима, архиепископ Владимир ставил под угрозу собственное благополучие и популярность, а может быть и безопасность. В это время грузия кипела против всего русского особенной ненавистью, которая доходила до таких размеров, что через десять лет после описываемого события националисты убили бывшего там в то время архиепископа Никона. Для архиепископа Владимира было бы гораздо легче и спокойнее пожертвовать одним человеком, сгоряча сказавшим действительно очень грубую, пожалуй возмутительную фразу. Но он понял, что это сказано именно сгоряча и не побоялся никаких громов и молний. При таких обстоятельствах этот поступок архиепископа Владимира требовал большого мужества и внутренней самостоятельности.

Киевский митрополит

23 ноября 1915 года был переведен на Киевскую кафедру. За ним было сохранено звание первенствующего члена Св.Синода и соединённые с этим званием права.

В этом же году митрополит Владимир удостоился степени доктора богословия.

Октябрьская революция 1917 г. вызвала нестроения в церковной жизни на Украине. Состоявшийся в то время в Киеве епархиальный съезд клира и мирян образовал самочинное управление и призвал к созданию «независимой» Украинской Церкви. Выступая против переустройства уклада жизни епархии и неканонических действий по образованию автокефалии, митрополит Владимир призывал пастырей и пасомых избегать вражды и препятствовать расколу.

Посмертная фотография священномученика Владимира (Богоявленского) с сайта Богослов.Ru

Мученическая кончина

22 января 1918 года начался ружейный и орудийный обстрел Киева со стороны Дарницы. К вечеру 23 января большевики овладели Киево-Печерской Лаврой, и тогда в ней начались такие дикие насилия и проявления варварства, перед которыми бледнеют известные нам из древних летописей сказания о грабежах и насилиях, производившихся монголами при разорении Киева и Лавры в 1240 году. Вооружённые толпы людей врывались в храмы, с шапками на го­ловах и с папиросами в зубах, производили крик, шум, безобразия во время богослужения, произносили невыразимые ругательства и кощунства над святыней, вламывались в жилища монахов днём и ночью, стреляли над головами смертельно перепуганных стариков, произво­дили неописуемые литературно осквернения святынь, избивали стариков, грабили, что только попадалось под руку, останавливали монахов днём во дворе, заставляли их раздеваться и разуваться, обыскивали и грабили, издевались и секли нагайками, хватали ока­завшихся в то время в лавре посторонних, особенно военных, предавали их жестокой смертной казни…

25 января вечером пять вооружённых солдат во главе с матро­сом пришли за митрополитом Владимиром. По словам одного слу­чайного очевидца мученической кончины владыки, убийцы привезли святителя Владимира к месту расстрела на автомобиле. Когда убий­цы вывели митрополита из автомобиля и остановились на площадке, то архипастырь-мученик обратился к своим убийцам с такими слова­ми: «Что, вы здесь меня хотите расстрелять?» Один из них ответил: «А что же, церемониться с тобою?» Тогда митрополит попросил у них времени помолиться Богу. Один из убийц сказал: «Но только поскорее”! Митрополит воздел руки кверху и сказал: «Господи, прости мои согрешения, вольные и невольные, и приими дух мой с миром», — потом он благословил крестообразно обеими руками своих убийц и сказал: «Господь вас благословляет и прощает». И после этого, когда митрополит ещё не успел опустить рук, послышались три выстрела, и митрополит упал. Убийцы подошли к своей жертве и уже в лежа­щего сделали несколько выстрелов.

Акт медицинского осмотра тела убиенного митрополита впоследствии пока­зал, что архипастыря-мученика расстреливали разрывными пуля­ми и кололи холодным оружием.

Праведная кончина сщмч. Владимира Киевского. 11-е клеймо иконы Собора новомучеников и исповедников Российских из Храма Христа Спасителя.

Штыками изорвали портреты

…Как свидетельствуют документы, следствие по факту убийства Высокопреосвященнейшего Владимира 4 февраля 1918 года (по ст. стилю) начал судебный следователь по особо важным делам Новоселецкий. 23 января, отмечается в документе, Киево-Печерская лавра в ходе боевых действий между войсками Украинской Народной Республики (УНР) и киевской Красной гвардией была занята последней. Там разместился «красный» гарнизон под командованием коменданта Сергеева.

Интересно, что в эти дни бои на Печерске и за овладение Арсеналом продолжались (войска УНР окончательно отступили по Житомирскому шоссе в ночь с 8 на 9 февраля), и часть монахов лавры оказала содействие красногвардейцам в занятии православной святыни.

На знаменитой 82-метровой колокольне «красные» установили пулеметы и вели огонь в тыл украинским войскам, окружившим завод «Арсенал», оборону которого держали рабочие-красногвардейцы. Правда, по другим данным, Владимир Сергеев стал комендантом уже 18 января 1918 г., создав, таким образом, плацдарм за спиной у войск УНР.

Как показали на допросах приближенные к митрополиту служители, 25 января, около 15 часов, в покои митрополита явилось трое вооруженных винтовками солдат для производства обыска («Тут могут быть спрятаны пулеметы» – пояснили служивые). Они осмотрели комнату старшего келейника митрополита Филиппа Рыбкина и кабинет владыки Владимира, при этом «изорвали штыками портреты» императора Александра ІІІ и императрицы Марии Федоровны, родителей последнего самодержца российского. В спальне владыки «гости» потребовали от хозяина открыть «несгораемую кассу», однако документы не тронули, забрали «большую золотую медаль» и удалились.

Однако в тот же день, примерно в 20 часов, в митрополичьи покои прибыла группа из пяти вооруженных солдат. Визитеры пояснили иеродиакону Александру и келейнику Харьковского митрополита Антонию, что они намерены «разобраться с митрополитом за то, что он обижает братию», не позволяет монахам создать «братский совет», тогда как «нужно устроить так, как у нас» (видимо, имелась в виду советская форма власти). Становится понятным, что далекие от Церкви пришельцы явно озвучивали чьи-то «претензии» к принципиальному защитнику каноничности православия и иноческой жизни.

Отец Александр успел поговорить с оставшимся на карауле военнослужащим. Тот словоохотливо поведал, что является уроженцем Полтавской губернии, знает монастырскую жизнь по недолгому проживанию в Китаевой и Голосеевской пустынях перед Первой мировой войной, а в лавре у него проживает троюродный дед, иеродиакон Герман.

Группа вооружённых рабочих. Киев, январь 1918 года

Тем временем солдаты привели владыку Владимира. «Если вам угодно расстрелять меня, – заявил иерарх, – то расстреляйте сейчас, дальше я не пойду!» В роли старшего выступал налетчик в черной кожаной куртке (условно и назовем его «Черным», ЧК в Киеве тогда еще не действовала, а подобные куртки выдавались чинам автоброневых частей армии). Он и выкрикнул: «Кто тебя расстреливать будет!? Иди, слушай, иди!» Священник Александр пытался заступиться за владыку, объясняя, что обыск у него уже был, но «Черный» грубо оборвал его: у нас есть важные данные, которые мы должны проверить «по поручению штаба» (какого именно, он не сказал), и пригрозил Александру револьвером.

Трое с митрополитом отправились в его покои. Оставшихся двоих отец Александр старался усовестить: «Нельзя так обращаться со святителем Божьим». В ответ солдаты разразились руганью в адрес владыки: да он сам грешник, когда «украинцы арестовали большевиков в Арсенале и вели их мимо лавры на гауптвахту, избивали прикладами, он не вышел и не заступился», отбирает половину доходов лавры и несправедлив к 2-тысячной братии. Создается впечатление, что пришлые неплохо ориентировались во внутренних настроениях обители и имели там информаторов, предубежденно относившихся к владыке.

Отметим, что пленных красногвардейцев-арсенальцев действительно поместили на гауптвахте в помещениях 3-го авиаотряда (его здания находятся через улицу от боковой стены старого арсенала, напротив лавры). Показательно, что именно монахи вскоре помогли освободить красногвардейцев – многие иноки по убеждениям были «неделимцами», сторонниками единой России, и «красные» для них, видимо, являлись меньшим злом, нежели «самостийники» Центральной Рады.

«Арсенал». 1918 год

Крестный путь

Вскоре митрополит вышел в сопровождении солдат, был одет в рясу, клобук и имел на груди драгоценную панагию. Куда вы ведете владыку, спросил отец Александр, на что «Черный» заявил: «Это большой преступник, отведем его для допроса в штаб на Печерск» (хотя штаб Красной гвардии появился в Мариинском дворце позднее). Келейник владыки Ф.Рыбкин побежал за ними к боковым экономическим воротам лавры, однако выставленные налетчиками двое часовых не пустили его дальше…

Прохожие обнаружили тело владыки Владимира за оградой лавры, недалеко от центральных ворот, между двумя валами (сейчас там проходит троллейбусный маршрут, на вершине вала установлен памятный деревянный крест), около 9 утра 26 января и сообщили монахам. Покойный, по словам допрошенного Ф.Рыбкина, лежал на спине, покрытый шубой, с палки был сорван серебряный набалдашник, отобраны драгоценности (крест на клобуке, панагия, золотые часы), мародеры не погнушались снять сапоги, галоши и теплые носки.

Крест на месте мученической кончины митрополита Владимира. Фото: istpravda.com.ua

Судебно-медицинский осмотр тела в 2 часа дня произвел врач, статский советник А.Городецкий, обнаруживший огнестрельную рану правой стороны головы, две в области правой ключицы, резаную рану (штыком) на затылке, несколько колотых ран на лице, животе, груди. Выстрелы в голову наносились в упор, о чем говорил нагар на белом клобуке. Заключение врача: рана «причинена разрывными пулями и относится к разряду смертельных, как и колотая рана в поясничной области».

По всему было видно, что преступники убивали владыку с большой жестокостью (что не свойственно обычным грабителям), остервенело измывались над телом уже убитого архиерея, кололи лицо штыками.

После отпевания покойного владыки в Успенском соборе его тело крестным ходом на руках перенесли в Крестовоздвиженский храм у Ближних пещер лавры и похоронили в кирпичном склепе. Как вспоминал нынешний Предстоятель Украинской Православной Церкви Блаженнейший митрополит Онуфрий, лично участвовавший в обретении мощей священномученика в 1991 году, устроители похорон настолько торопились, что поместили гроб в перевернутом виде…

Особо важное дело

В докладной записке от 17 мая 1918 г. констатировалось, что «следствием до настоящего времени не добыто никаких указаний» на то, кто убил митрополита. Тогда же следственная комиссия передала производство судебному следователю «по важнейшим делам» при Киевском окружном суде Миляшевичу.

Лавра. 1918 год

Между тем, безрезультатность расследования радикализовала настроения в среде активистов церковного движения. 10 июля 1918 г. Всеукраинский Церковный Собор обратился к министру исповеданий Украинской Державы с жалобами на то, что светская власть «неспособна осветить каноническую сторону убийства» (вероятно, содержался намек на инспирацию преступления автокефалами). Собор избрал свою следственную комиссию, куда вошли епископ Елисаветградский Прокопий, проректор Киевской духовной академии архимандрит Тихон, священник Гавриил Лобов, мировой судья с Херсонщины Николай Гаврилов и другие лица. Собор потребовал предоставить комиссии «права правительственного органа с функциями следственной власти».

К своей профессиональной чести, гетманские юристы четко провели грань между «Боговым и кесаревым». Заведующий уголовным отделом Минюста по указанию министра 19 июля проинформировал министра исповеданий, что передать общественности следственные полномочия невозможно по Уставу уголовного судопроизводства, хотя неформальное расследование всегда может передать собранные сведения упомянутому следователю Миляшевичу. Сам глава Минюста М.Чубинский 24 июля проинформировал министра исповеданий о желательности «осветить с канонической стороны мотивы, связанные с преступлением», но вестись дело все же будет по процессуальным нормам.

Собственное расследование проводил и известный монархист-киевлянин Василий Шульгин, считавший виновниками убийства большевистскую сторону. Сторонником причастности к убийству автокефалов выступал протоиерей Федор Титов, собравший по свежим следам свидетельства современников и успевший выпустить при гетмане сборник «Венок на могилу Высокопреосвященного митрополита Владимира». Не считал виновными большевиков и министр исповеданий гетманата Василий Зеньковский, в эмиграции ставший священником.

Отталкиваясь от показаний окружения митрополита, судебный следователь по особо важным делам Н.Лучицкий допросил иеромонаха Германа (Нетребко), названного одним из убийц митрополита своим родственником. Герман оказался родом из села Ладино Прилукского уезда Полтавской губернии. Монах показал, что действительно имеет дальнего родственника Трофима Харитоновича Нетребко, который в 1913–1914 годах был послушником в Голосеевской пустыни, жил в Китаевской пустыни. Эти сведения совпадали с теми, которые сообщил о себе монахам один из явившихся к митрополиту солдат.

В Ладино направили сотрудника Киевского уголовно-розыскного отделения, установившего, что Т.Нетребко в январе 1918 г. находился в Киеве. Допрошенный 6 ноября в Прилуках Трофим Нетребко свое участие в убийстве митрополита отрицал.

Будучи арестованным и этапированным в Киев, показал, что и правда был послушником, но монахом не стал, работал до войны сторожем в Китаево-Голосеевской пустыни. В 1916 г. был призван, служил до 16 декабря 1917 г. в крепостной артиллерии Севастополя. Поехав в отпуск, Трофим послушался родственника Макария Нетребко и в разваливавшуюся армию больше не вернулся. Поступил на службу в Сердюцкий артиллерийский горный дивизион армии УНР.

Правда, на службе Украине Т.Нетребко долго не задержался (с 3 по 15 января), дезертировал второй раз за один месяц и поселился у тетки Василисы Троянчук. Тут «классовое чутье» подсказало Трофиму переход на сторону красных, и он стал одним из защитников «Арсенала» от отрядов УНР. Попав в плен, содержался на гауптвахте, однако через сутки был освобожден красногвардейцами, зачислен ими в 436-й Новоладожский полк, но там прослужил лишь до 10 февраля и вернулся в родное село.

Допрошенная 20 октября тетка Василиса сообщила, что Т.Нетребко проживал у нее, рассказывал, что 25 или 26 января (в дни убийства) был задержан красными на Александровской улице – у него нашли удостоверение военнослужащего армии УНР, чуть было не «вывели в расход». При этом трудно считать Трофима «идейным» борцом какой бы то ни было ориентации – типичная судьба крестьянского парня, попавшего в водоворот гражданского лихолетья.

Поскольку свою причастность к убийству Т.Нетребко категорически отрицал, то в уголовно-розыскном отделении его предъявили на опознание монахам Александру и Иакову, келейнику Федору Кекало и «другим лицам». Однако все они (!) однозначно «не признали в нем того злоумышленника, который 25 января вел с ними беседу». Как это оценивать: как полное подтверждение алиби Нетребко или же братия руководствовалась какими-то неизвестными нам соображениями? Возможно, не случайно следствию поручили выяснить настроения в лавре и причины недовольства ими митрополитом? Однако, считали следователи, по совокупности «косвенных улик» Т.Нетребко должен считаться обвиняемым по делу.

Следствие принялось устанавливать, нет ли у монаха Германа других родственников, способных принять участие в убийстве. Параллельно искали какого-то прапорщика Суслова. К тому же расследование тормозилось неспешной работой розыскного отделения.

Лавра. 1918 год

Тяжкие плоды «помрачения ума»

Комиссия, присланная Патриархом Тихоном, пришла к заключению о причастности к преступлению некоторых представителей киевского духовенства и монашествующих. Как тут не вспомнить слова А.К.Светозарского, заведующего кафедрой церковной истории Московской духовной академии: «Надо рассматривать события церковной истории в живом историческом контексте, чего обычно не делают… Если мы будем говорить о причинах гонения на Церковь, мы должны будем… честно признаваться, что у гонений были и внутренние причины, которые крылись в несовершенствах церковной жизни».

Об обстоятельствах трагедии иеромонахом Венедиктом был подготовлен «большой доклад», однако по причине последующих «арестов и других неожиданностей все это было уничтожено». В 1919 г. митрополит Антоний за участие в «смуте» наказал в церковном порядке монахов Иоанникия, Порфирия, Иерона и других. В священнослужении запретили 27 из 46 священников – членов Временного Всеукраинского церковного совета.

…Ранним утром 31 августа постовой варты (полиции) Печерского района Блаватный задержал подозрительную женщину с корзинкой. В ней оказались принадлежавшие митрополиту Владимиру трое четок, нагрудные знаки, серебряная лампада, белье и другие вещи с монограммой «М.В.». При обыске в помещении задержанной, Елизаветы Левиной (уроженки Пензенской губернии, сиделки Александровской больницы, не судимой) нашли подаренные архиерею икону, образ-складень святого Владимира, нагрудные знаки и носимые вещи с монограммой.

Оказалось, что вещи передал ей на хранение келейник убитого Ф.Рыбкин, также вскоре задержанный. При обыске у неблагодарного келейника нашли панагию покойного и квитанции на вклады на 160 тыс. рублей. Арестовали и двух стражей правопорядка – Никиту Филиппова и Касьяна Макаренко: узнав о краже Ф.Рыбкиным вещей митрополита, они вымогали у него 3 тыс. рублей, обещая «замять дело». К 31 декабря 1918 г. следствие по делу Рыбкина – Левиной завершили с обвинительным заключением.

Однако еще 14 декабря 1918 г. гетман отрекся от власти. Ему на смену пришла победившая в антигетманском восстании Директория УНР. Въехав в Киев 26 декабря 1918 г., уже 1 января 1919 года (по н.ст.) новая власть приняла закон о самостоятельности Украинской православной церкви, и расследование гибели принципиального противника автокефалии вряд ли оставалось «политически актуальным».

Директория сразу же заявила о своей позиции в церковном вопросе арестом известных церковных деятелей митрополита Киевского Антония и архиепископа Волынского Евлогия (переданных Директорией полякам, позднее освобожденных при посредничестве стран Антанты и переданных белым). Увлекшись социалистическими экспериментами и «национальным строительством», Директория УНР забросила жизненно важные вопросы, и 5 февраля 1919 г. Киев практически без сопротивления заняла Красная армия.

Вступление Красной Армии в Киев. 5 февраля 1919 года

Кто же убийцы?

Вопрос о непосредственных исполнителях изуверского убийства и его возможных заказчиках так и остался открытым. Никаких доказательств причастности автокефалов не выявлено, да и вряд ли бы сторонники УНР показались на подконтрольной красным территории лавры. В 1919 г. по просьбе митрополита Антония (Храповицкого) собственное расследование преступления провела контрразведка Добровольческой армии генерала А.Деникина, пришедшая к выводу о том, что убийство совершено «анархическими элементами» .

Думается, подобный вывод наиболее верно характеризует принадлежность убийц (к тому же к «революционной стихии» всегда примыкает немало уголовников и авантюристов). Другое дело, кто позаботился о том, чтобы «вооружить» убийц аргументами, присущими противникам митрополита в церковной среде?

Попутно отметим, что и сами белогвардейцы не воевали в «белых перчатках». Позднее автор знаменитой книги «Красный террор» Сергей Мельгунов вынужден был признать, что «террор реставраторов» был куда страшнее террора красного. Хватало жестокости и со стороны приверженцев УНР. Кроме расправы над частью защитников «Арсенала», стоит вспомнить убийство в те же дни делегата Учредительного собрания от партии большевиков, члена Всеукраинского ЦИК Леонида Пятакова (1888-1918) (брата главы Временного рабоче-крестьянского правительства Украины Георгия Пятакова, расстрелянного 30 января 1937 г.).

7 января 1918 г. (по н.ст.) его увели из дому неизвестные военные (в этот же день сторонники УНР «спустили под лед» группу матросов). Изувеченное шашками, с разрубленным сердцем тело Леонида нашли через три недели у ст. Пост-Волынский. Как выяснилось, убийцами выступили «казаки» Украинского гусарского полка (по свидетельству офицера полка Якова Журавского – по команде от правительства УНР). Родственники получили открытку с «уведомлением» от неизвестных о расправе над покойным за «службу немцам и жидам».

В свою очередь, вошедшая в Киев после бегства Центральной Рады Красная гвардия психопата Муравьева в считанные дни уничтожила 2,5-3 тыс. офицеров и «буржуев».

После распада СССР убийство митрополита аксиоматически приписывали большевикам, однако их репрессивная политика по отношению к Церкви не служит автоматическим доказательством по конкретному эпизоду. Правда, по многим признакам видно, что убийцы тяготели скорее к лагерю «социальной революции».

Кончина священномученика митрополита Владимира.

Разгул бандитизма также мог стать причиной преступления, хотя убийцы явно демонстрировали ненависть к жертве, действовали патологически жестоко, что для обычных грабителей не характерно. Одно очевидно – бесчеловечность убийц.

Отметим, что террор и распад фронта лавинообразно распространялся на постимперском пространстве сразу же после крушения монархии. С конца 1916 г. полыхали крестьянские погромы помещиков, при Временном правительстве ставшие повальными. После отречения царя и выхода печально известного «приказа №1» (к коему большевики не имели никакого отношения) ускорился развал армии, массовыми стали убийства офицеров (только Балтийский флот за несколько дней потерял их больше, чем за всю «германскую» войну, от рук «братишек-матросов»). Начались и убийства священнослужителей крещеными людьми, еще недавно постигавшими Закон Божий за партами.

Почитание

Святитель Тихон, Патриарх Московский и всея Руси, так ска­зал о мученической смерти митрополита Владимира:

«Конечно, судя по человечески, ужасною кажется эта кончина, но нет ничего напрасного в путях Промысла Божия, и мы глубоко верим, что эта муче­ническая кончина Владыки Владимира была не только очищением вольных и невольных грехов его, которые неизбежны у каждого, плоть носящего, но и жертвою благовонною во очищение грехов великой матушки-России».

Мощи митрополита Владимира были обретены 1 июля 1992 года и положены в Дальних пещерах Киево-Печерской Лавры.

Освященный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви своим деянием от 4 апреля 1992 года причислил митрополита Владимира (Богоявленского) к лику святых новомучеников и исповедников Русской Церкви. На иконе написанной для их Соборного прославления в 2000 году мученическая кончина священномученика Владимира была показана на одиннадцатом клейме. Святитель показан дважды: выведение на расстрел из обители и обнаружение его тела иноками. Распростертое тело святителя по композиции расположено почти в центре ряда и по вертикали, совпадая с центральными изображениями деисиса и средника, чтобы подчеркнуть значение подвига. Сине-зеленый цвет его мантии не повторяется в одеждах святых в клеймах, но близок к облачению Христа и святых в образах деисусного чина, чем устанавливается смысловое единство образов.

Молитвословия

Тропарь, глас 2

Ве́ры правосла́вныя непоро́чный блюсти́телю/ и за́поведей Христо́вых усе́рдный исполни́телю,/ священному́чениче Влади́мире,/ Христа́ всем се́рдцем возлюби́в,/ па́ству твою́ до́бре упа́сл еси́,/ незло́биво му́ченическую сме́рть прия́л еси́./ Сего́ ра́ди в ве́чней сла́ве пребыва́я,// моли́ спасти́ся душа́м на́шим.

Ин тропарь, глас 4

По́двигом до́брым я́ко святи́тель Христо́в подвиза́лся еси́,/ ве́ру правосла́вную непоро́чно соблю́д,/ во дни гоне́ния лю́таго мучи́телей преще́ния не убоя́вся,/ священному́чениче Влади́мире,/ я́ко первому́ченик Стефа́н, убива́ющим тя рекл еси́:/ Госпо́дь да прости́т вас/ Сего́ ра́ди угото́вася ти вене́ц пра́вды,/ его́же да возда́ст Госпо́дь моли́твами твои́ми// всем почита́ющим тя.

Кондак, глас 2

О́браз Христо́ва милосе́рдия явля́я,/ покро́в и защище́ние па́стве твое́й был еси́,/ святи́телю о́тче Влади́мире,/ в кро́тости и незло́бии страда́ния прие́мля,/ безбо́жных мучи́телей, благословля́я, прости́л еси́./ Те́мже и нам испроси́ у Христа́ Бо́га// дух ми́рен и ве́лию ми́лость.

Ин кондак, глас 3 на перенесение мощей

В годи́ну гоне́ний лю́тых и́стинный Христо́в священноде́йствователь показа́лся еси́,/ пе́рвее ева́нгельское сло́во утвержда́я,/ и Же́ртву безкро́вную Го́сподеви принося́,/ последи́ же с кро́вию твое́ю во святи́лище вше́дый,/ священному́чениче Влади́мире,/ моли́ Христа́ Бо́га,/ Це́ркви на́шей едине́ние пода́ти, и оте́честву от плене́ния христобо́рцев сохрани́тися,// и душа́м на́шим спасе́ние улучи́ти.

Награды

  • бриллиантовый крест на клобук (1895)
  • панагия, украшенная драгоценными камнями (1896)
  • бриллиантовый крест для митру (9 апреля 1900)
  • панагия, украшенная драгоценными камнями (26 августа 1912)
  • крест для предношения в священнослужении (21 февраля 1913)

Труды

Престолы храмов, освященные в честь священномученника Владимира

  • Храм-часовня сщмчч. Владимира, митр. Киевского в Свиблове (г. Москва)
  • Собор Богоявления бывшего Богоявленского монастыря на Никольской (г. Москва)
  • свт. Николая в Пыжах (г. Москва)
  • Храм-часовня сщмч. Владимира, митр. Киевского в исправительно-трудовой зоне (г. Зеленоград)
  • Церковь святителя Владимира, митрополита Киевского (г. Королев)

Литература

Использованные материалы

Православний церковний календар. 2015. — К.: Українська Православна Церква, 2015, сс. 66,130.

«Воспитанники 1-го Тамбовского духовного училища, получившие высшее образование», Тамбовские епархиальные ведомости, 1887, № 18 неофиц. часть, с. 791

ВЛАДИМИР (БОГОЯВЛЕНСКИЙ)

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *