Уже после паринирваны Будды в буддизме появилось множество разнообразных течений и школ. При их классификации исходят из разных принципов, в частности из регионального, учитывающего область формирования направления (индийский, тибетский, японский буддизм, буддизм на территории России), и доктринального, опирающегося на сходства и отличия вероучительно–мировоззренческого характера. Не всегда одно направление буддизма можно чётко отделить от другого. Все школы принято делить на два течения: стхавиравадинов (тхеравадины) и махасангхиков, из которых на рубеже нашей эры сформировались основные направления буддизма, существующие на современный момент:

– Хинаяна – «Малая колесница» (малый, ущербный путь спасения), или Тхеравада (Учение старейших);

– Махаяна – «Большая колесница» (большой, великий путь спасения);

– Ваджраяна – «Алмазная колесница» (особый, интенсивный путь).

Структура современного буддизма указана на рис. 17.

Рис.17. Структура современного буддизма

Различия между этими направлениями буддизма весьма существенны. Главным образом они касаются представлений об идеальной личности, цели буддийского пути и учения о природе Будды.

Идеалом Хинаяны является архат («Достойный») – монах, собственными усилиями достигший нирваны и покинувший мир. На пути к нирване монах преодолевает три ступени:

– сротапанна (ступень «вступившего в поток») – монах бесповоротно вступает на путь спасения;

– сакридагамин (ступень «единожды возвращающегося») – ожидание последнего перерождения в мире;

– анагамин (ступень «более не возвращающегося») – сознание человека пребывает на уровне мира форм и мира не–форм, достигает состояния архата и уходит в нирвану.

С точки зрения учения Хинаяны, Будда до своего пробуждения (бодхи) был добродетельным и совершенным человеком. После же пробуждения, понимаемого как достижение состояния архата, он перестаёт быть человеком, становясь просветлённым, преодолевшим сансару. Достигнув нирваны, он уже не существует ни в мире, ни вне мира, таким образом, все молитвы ему бессмысленны, ибо его уже нет. Зато любой монах, точно следующий пути, указанным Буддой, может достичь того же, что и Будда.

Достижение просветления возможно только в монашеской общине (сангхи), собственно буддистами могут считаться только монахи. Миряне могут только улучшать свою карму добрыми делами и содержанием сангхи, и в одной из следующих жизней получить возможность стать монахами и достичь нирваны. При этом монашество в буддизме основано на иных началах, чем в других религиях, например в христианстве. В частности, оно менее подчинено дисциплинарным требованиям.

Таким образом, Хинаяна, будучи достаточно закрытой формой буддизма, не нуждалась в широкой проповеднической деятельности и получила распространение лишь в тех регионах, где изначально было сильное влияние индийской культуры – в Южной и Юго–Восточной Азии. Она, пожалуй, ближе всего идеалу классического буддизма, поскольку интенсивная забота о других может войти в противоречие с изначальной установкой на подавление привязанности к миру, а значит, и к окружающим. Следствием является отказ от активного миссионерства. Религия же становится в значительной мере элитарной.

Идеалом Махаяны является бодхисаттва, стремящийся к достижению состояния Будды на благо всех живых существ. Целью буддистского пути здесь является не нирвана как таковая, а достижение пробуждения (бодхи). Эта идея настолько важна, что её называют Бодхисаттваяной (Колесница Существ, Стремящихся к Пробуждению). Махаяна отказалось от строгой элитарности, с одной стороны, и чистой пассивной созерцательности – с другой.

Бодхисаттва – это любой человек (монах, мирянин, женщина, мужчина), наделённый намерением достичь бодхи, пробудиться и стать Буддой (бодхичитта). Бодхичитта это ещё и отношение ко всем живым существам, как к своим «матерям»: каждое существо в бесконечном круговороте сансары выступало в роли матери, поэтому задача буддиста – прежде спасти своих матерей, т.е. указать путь спасения всем остальным существам, отказавшись от собственного спасения, пока не спасутся остальные. Основными качествами бодхисаттвы в Махаяне являются праджня (мудрость) и каруна (сострадание).

Каруна понимается как набор практических средств или методов помощи окружающим (упая). Цель сострадания всегда сотериологична (ведёт к спасению, которое понимается в буддизме иначе, чем в монотеистических религиях) – освобождение страдающих существ от мук сансары.

В Махаяне выделяются три типа бодхисаттв:

– Бодхисаттва–царь – разом спасающий всех;

– Бодхисаттва–лодочник – спасающий по одному;

– Бодхисаттва–пастух – спасающий всех существ и только затем уходящий в нирвану. В последнем случае появляется элемент жертвенности.

Достижение пробуждения и состояния Будды – крайне долгий процесс. Обретая пробуждение, бодхисаттва не уходит в нирвану, а накопленные силы и могущество тратит на помощь окружающим.

Бодхисаттва следует путём парамит (путь совершенств). Всего существует шесть парамит:

– дана–парамита (совершенство даяния);

– кшанти–парамита (совершенство терпения);

– виръя–парамитпа (совершенство усердия);

– шила–парамита (совершенство соблюдения обетов);

– дхьяна–парамита (совершенство созерцания);

– праджня–парамита (совершенство премудрости).

В поздней Махаяне бодхисаттвами стали называть великих подвижников, достигших бодхи и оказывающих помощь всему живущему. Культы бодхисаттв Манджушри (бодхисаттва мудрости), Ваджрапани (уничтожение заблуждений), Авалокитешвары (милосердие и сострадание), Кшитигарбхи (спасение от ада), Майтреи (бодхисаттва будущего), Самантабхадры (защитник учения и буддистов), Тары (бодхисаттва сострадания, давшая обет стать Буддой в женском теле, чтобы доказать возможность пробуждения и просветления для женщин) и др. составляют основу культовой практики Махаяны.

С точки зрения Махаяны, природа Будды и бодхи совпадают, пробуждение Будд выражено в Дхарме (Учении), и последняя формирует как духовное, так и физическое тело Будды. Так было сформировано учение о Дхармовом Теле (дхармакая) Будд как высшей онтологической реальности.

Природа Будды – это истинная природа всех дхарм, тогда все дхармы – это дхармы Будды, из чего следует, что все существа, состоящие из дхарм, – Будды, только ещё не пробудившиеся и не понявшие этого факта. Обретая Дхармовое Тело, Будда не уходит в нирвану, он создаёт два отражения его тела: самбхогакая (тело всеблаженства), в котором он наслаждается нирваной, и нирманакая (магически созданное тело), в котором Будды обитают в нашем мире в виде учителей и защитников. Будда не является обычным человеком, это некая метафизическая реальность, истинная природа всех дхарм, явленная в человеческом обличии Будды. Эта метафизическая реальность уже являлась в образе других Будд и будет явлена в будущих Буддах как нашего, так и следующих миров.

Специфика учения Махаяны обусловило быстрое распространение именно этого направления буддизма за пределами Индии. В настоящее время буддизм Махаяны существует в нескольких вариантах, существенно различающихся друг от друга: тибето–монгольская Махаяна (Тибет, Монголия, Калмыкия, Тува и т.д.) и дальневосточная Махаяна (Китай, Япония, Корея, Вьетнам и др.). Следующая ветвь буддизма является своеобразным изводом предыдущей.

В середине I тыс. в буддизме Махаяны зарождается новое направление – Ваджраяна, или тантрический буддизм (тантра – разновидность священных буддийских текстов).

Особенность этого направления состоит в определенной цели – ускоренное обретение статуса Будды, для чего начинают использоваться своеобразные «технологии» (упая), причём результат может распространяться и на других людей. Но при «технологизации» этого процесса повышается опасность ошибок при совершении этого пути, чреватых безумием или помещением в состояние «ада». По этой причине тантрические тексты считались сокровенными, а обращение к ним предполагало прохождение сложной системы посвящений и строгого контроля со стороны гуру. На эзотерический характер этого учения указывает и такое его наименование, как Колесница Тайной Тантры.

Очень существенно, что Ваджраяна исходит из принципиального единства тела и психики, отказываясь их разделять. Отсюда учение о наличии в теле особых тонких путей движения праны (энергии). Зоны пролегания этих каналов имею определенную локализацию на теле человека. В процессе овладения йогическими техниками устанавливается контроль над передвижением энергии, что достигается и с помощью контроля над двигательной сферой тела, дыханием.

Все тантры (вероучительные тексты Ваджраяны) делятся на четыре класса:

– крия–тантры (тантры очищения);

– чарья–тантры (тантры действия);

– йога–тантры (йогические тантры);

– аннутара йога–тантры (тантры наивысшей йоги).

Последние делятся на материнские (обращённые к мудрости – праджню и женскому началу), отцовские (посвящённые методу – упае и мужскому началу) и недвойственные (обращённые к обоим принципам учения).

Каждый тип тантр предполагает определенные методы. В крия–тантрах – это внешние формы практики (мистические ритуалы); в чарья–тантрах и йога-тантрах – внутренние формы практики (созерцание); в аннутара йога–тантрах – все описанные приёмы с сильно изменённым содержанием.

Методы первых трёх групп предполагают особые ритуалы, повторение мантр, особые способы созерцания, предполагающие интенсивное использование контроля над сознанием. Мантра обращена не к привычному пониманию текста, а к воздействию определенных повторяющихся звуков, создающих завораживающий эффект. Считается, что при этом постигается особый внутренний смысл слов. Созерцание предполагает максимально интенсивное воображение Будды или Бодхисаттвы, когда с ними можно вступать в разговор. Также объектом созерцания служит мандала (круг) – модель соотношения вселенной и человека, соединённых воедино, в центре которой находится Будда. Созерцая образ мандалы, который по яркости может напоминать галлюцинаторные видения, созерцающий отождествляется с ней.

Эти приемы сформировались среди махасиддхов (великих совершенных), ищущих скорейшего достижения своих духовных целей. Они использовали следующие виды йоги:

– йога промежуточного состояния, предполагающая вхождение в состояние между смертью и новым рождением (антара бхава). Сознание при этом становится независимым от тела, хотя связь с ним полностью не теряется. Если происходит созерцание света Дхармового Тела, т.е. из начальной природы самого созерцающего, то искомое состояние Будды достигается. К ней близка Йога ясного света (прабхасвара);

– йога внутреннего тепла (чунда йога), предполагающая воздействие на некие психофизиологические центры (чакры) и каналы распространения жизненной энергии (прана). Энергию предлагается сконцентрировать, результатом чего должно быть изменение температуры тела и переживание блаженства и безмятежности. «Раскрытие чакр» должно принести особые способности вроде умения летать (левитация), становиться невидимым – вплоть до обретения телесного бессмертия;

– йога сновидений, предполагающая воздействие на процессы сна и бодрствования, в результате чего йогические практики продолжаются и во сне, а граница между сном и бодрствованием начинает стираться;

– йога иллюзорного тела предполагает замену физического тела («грубого») энергетически телом («тонким»);

– йога переноса сознания, сводящаяся к «открытию» на макушке головы отверстия Брахмы («тонкого отверстия») для выхода через него в момент смерти сознания.

В Ваджраяне широко используются методы, активизирующие подсознание, что выражается в мотивах прелюбодеяния, кровосмешения, убийства, воровства, каннибализма и т.п. Работа с подобными образами должна эффективнее подавлять влечения, которые, однако, не полностью устраняются, а очищаются и преобразуются в мудрость Будды (по аналогии с преобразованием физической энергии).

Тантрические тексты подразумевают множественность толкований и не рассчитаны на дословное понимание. На разных ступенях духовного пути можно постичь разные уровни смысла, когда кажущаяся парадоксальность ряда высказываний снимается, поскольку выявляется их подлинный смысл.

Много внимания уделяется эротическим мотивам, поскольку эти влечения считаются основной энергией человеческого организма и присутствуют в природе Будды. Отсюда практики, рассматривающиеся в иных религиозных культурах как непристойные и греховные. С ними связаны и эротические сюжеты из жизни божеств, имеющие и переносное толкование.

Тантрический буддизм имеет множество собственных специфических божеств, в том числе заимствованных из старых индийских верований.

Ваджраяна переосмыслила персонажи демонологического толка в определенные образы психических состояний. Особо выделяются ишта дэвата (покровительствующие божества; тиб. йидам), имена которых могут совпадать с названиями тантр. Эти божества соответствуют положению Будды, при их изображении используются такие детали, как многорукость, свирепость, расчленённые части человеческих тел, оскаленные клыки и т.д., долженствующие обозначить готовность к уничтожению страстей. Созерцание такого божества ведёт в итоге к растворению в Будде.

Для использования в рамках тантрического буддизма был заимствован шаманский ритуал предания своего тела в жертву вызванным голодным демонам.

В Ваджраяне богато представлены ритуалы магического типа, включая и вредоносную магию, хотя можно встретить ограничения, указывающие на необходимость серьёзных поводов для их использования.

Тантрический буддизм получил широкое распространение в Тибете, Монголии, Калмыкии, Бурятии и других регионах РФ.

В учении чанъ–буддизма, распространённом в КНР, и дзен–буддизма в Японии прослеживаются элементы Ваджраяны: представления о том, что природа Будды уже содержится в каждом живом существе и её нужно только выявить, узреть, о необходимой роли наставника, напрямую влияющего на сознание ученика. Делается акцент именно на практике достижения просветления, которое не достигается путём теоретического изучения положений религии. Это последовательное усиление антитеологических установок, присутствующих в буддизме, когда никакого вероучения, облечённого в чёткие понятийные и логически выстроенные формы нет, а проповедь Будды воспринимается как пример для действий и предмет для дальнейших интерпретаций.

Большой известностью пользуются чаньские (дзэнские) приёмы выведения сознания из обычной колеи через постановку в тупик странными парадоксальными вопросами, не имеющими удовлетворительных ответов в привычной логике мышления. Это даже дало основание говорить об особой «дзэнской философии» (как следствие, злоупотребление «дзэнской терминологией», часто встречающееся в обывательской среде), что признается не всеми специалистами, поскольку здесь имеет место скорее не систематическое изложение взглядов, а именно практическая техника, ориентированная на определенные цели. Объявлять любое мировоззрение философией по причине его необычности – научно некорректно.

Интересно, что увлечение буддизмом, наблюдающееся во второй половине XX в., чаще всего выступает именно как интерес к тантризму, причём понимаемому поверхностно и буквально. Это увлечение находится в русле оживления оккультных настроений и проистекающего отсюда «интереса к Востоку».

Его используют для создания сексуальных техник с целью получения примитивных удовольствий, превращая в средство наживы и коммерческого обмана людей, создания на их основе экстрасенсорно–оккультных практик (с массовыми явлениями шарлатанства), разного рода «энергетических учений», выступающих часто как псевдонаучные. Как следствие, частое осуждение тантрических техник как безнравственных, квалификация подобных действий со стороны иных религий, например христианства, как оккультизма и формы контакта с миром бесов, результатом чего может стать бесоодержимость, даже при эпизодическом и случайном их использовании.

Некоторых привлекают необычные образы божеств, которые используются для примитивного эпатажа. С ростом популярности йоги участились предложения использовать её приёмы в медицинских целях, но при забвении того, что они являются органической частью целой религиозной системы и их функционирование в отрыве от неё представляется проблематичным.

Общие сведения

Священное Писание, к какой бы религиозной традиции оно ни относилось, представляет собой семантическое ядро вероучения. Сакральный миф может приписывать его происхождение богам, пророкам, мессиям и т. д. В любом случае его появление санкционировано свыше и представляет собой передачу божественного знания — непререкаемой истины, ниспосылаемой из области потустороннего. Такой взгляд на сакральные тексты делает их в глазах верующих источником откровения и в буквальном смысле словом Божьим.

Однако не все так однозначно — характер каждой отдельно взятой религии накладывает особенный отпечаток на восприятие текста, и священные книги религий мира имеют в интерпретации своих адептов неоднозначное истолкование.

Корпус текстов, признаваемых священными, в рамках традиции обыкновенно принято называть каноном или каноническим сборником. Зачастую ему дается собственное название, как то: Коран — священная книга мусульман, иудейская Тора или христианская Библия.

Талмудический иудаизм

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *