/ Полные произведения / Бродский И.А. / Стихотворения

1957 — 1962
———
Воспоминания
Белое небо
крутится надо мною.
Земля серая
тарахтит у меня под ногами.
Слева деревья. Справа
озеро очередное
с каменными берегами,
с деревянными берегами.
Я вытаскиваю, выдергиваю
ноги из болота,
и солнышко освещает меня
маленькими лучами.1
Полевой сезон
пятьдесят восьмого года.
Я к Белому морю
медленно пробираюсь.
Реки текут на север.
Ребята бредут — по пояс — по рекам.
Белая ночь над нами
легонько брезжит.
Я ищу. Я делаю из себя
человека.
И вот мы находим,
выходим на побережье.
Голубоватый ветер
до нас уже долетает.
Земля переходит в воду
с коротким плеском.
Я поднимаю руки
и голову поднимаю,
и море ко мне приходит
цветом своим белесым.
Кого мы помним,
кого мы сейчас забываем,
чего мы сто’им,
чего мы еще не сто’им;
вот мы стоим у моря,
и облака проплывают,
и наши следы
затягиваются водою.
<?>
1 В СИП более ранний вариант: после этой строки вставка следующих 8 строк: — С. В.
Полевой сезон
пятьдесят восьмого года!
Узнаешь:
это — твое начало.
Еще живой Добровольский,
улыбаясь, идет по городу.
В дактилической рифме
еще я не разбираюсь.
———
Гладиаторы
Простимся.
До встреч в могиле.
Близится наше время.
Ну, что ж?
Мы не победили.
Мы умрем на арене.
Тем лучше.
Не облысеем
от женщин, от перепоя.
…А небо над Колизеем
такое же голубое,
как над родиной нашей,
которую зря покинул
ради истин,
а также
ради богатства римлян.
Впрочем,
нам не обидно.
Разве это обида?
Просто такая,
видно,
выпала нам
планида…
Близится наше время.
Люди уже расселись.
Мы умрем на арене.
Людям хочется зрелищ.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
* * *
Зачем опять меняемся местами,
зачем опять, всЈ менее нужна,
плывет ко мне московскими мостами
посольских переулков тишина?
И сызнова полет автомобильный
в ночи к полупустым особнякам,
как сызмала, о город нелюбимый,
к изогнутым и каменным цветам.
И веточки невидимо трясутся,
да кружится неведомо печаль:
унылое и легкое распутство,
отчужденности слабая печать.
Затем. Затем торопишься пожить.
Затем, что это юмор неуместный,
затем, что наши головы кружит
двадцатый век, безумное спортсменство.
Но, переменным воздухом дыша,
бесславной маяты не превышая,
служи свое, опальная душа,
короткие дела не совершая.
Меняйся, жизнь. Меняйся хоть извне
на дансинги, на Оперу, на воды;
заутреней — на колокол по мне;
безумием — на платную свободу.
Ищи, ищи неславного венка,
затем, что мы становимся любыми,
всЈ менее заносчивы пока
и потому всЈ более любимы.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
* * *
И вечный бой.
Покой нам только снится.
И пусть ничто
не потревожит сны.
Седая ночь,
и дремлющие птицы
качаются от синей тишины.
И вечный бой.
Атаки на рассвете.
И пули,
разучившиеся петь,
кричали нам,
что есть еще Бессмертье…
… А мы хотели просто уцелеть.
Простите нас.
Мы до конца кипели,
и мир воспринимали,
как бруствер.
Сердца рвались,
метались и храпели,
как лошади,
попав под артобстрел.
…Скажите… там…
чтоб больше не будили.
Пускай ничто
не потревожит сны.
…Что из того,
что мы не победили,
что из того,
что не вернулись мы?..
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Критерии
«…с маленькой смертью встреча»
(Гарсиа Лорка)
Маленькая смерть собаки.
Маленькая смерть птицы.
Нормальные размеры
человеческой смерти.
<?>
* Текст приводится по неизвестному источнику. — С. В.
———
К садовой ограде
Снег в сумерках кружит, кружит.
Под лампочкой дворовой тлеет.
В развилке дерева лежит.
На ветке сломанной белеет.
Не то, чтобы бело-светло.
Но кажется (почти волнуя
ограду) у ствола нутро
появится, кору минуя.
По срубленной давно сосне
она ту правду изучает,
что неспособность к белизне
ее от сада отличает.
Что белый свет — внутри него.
Но, чуть не трескаясь от стужи,
почти не чувствуя того,
что снег покрыл ее снаружи.
Но все-таки безжизнен вид.
Мертвеет озеро пустое.
Их только кашель оживит
своей подспудной краснотою.
1964
* Текст приводится по СИП, где датирован 1964-м годом. — С. В. ——— * * *
Кто к минувшему глух
и к грядущему прост,
устремляет свой слух
в преждевременный рост.
Как земля, как вода
под небесною мглой,
в каждом чувстве всегда
сила жизни с иглой.
И невольным объят
страхом, вздрогнет, как мышь,
тот, в кого ты свой взгляд устремишь,
из угла устремишь.
Засвети же свечу
на краю темноты.
Я увидеть хочу
то, что чувствуешь ты.
В этом доме ночном,
где скрывает окно,
словно скатерть с пятном,
темноты полотно.
Ставь на скатерть стакан,
чтоб он вдруг не упал,
чтоб сквозь стол-истукан,
словно соль проступал,
незаметный в окне,
ослепительный путь —
будто льется вино
и вздымается грудь.
Ветер, ветер пришел,
шелестит у окна,
укрывается стол
за квадрат полотна,
и трепещут цветы
у него позади,
на краю темноты,
словно сердце в груди.
И чернильная тьма
наступает опять,
как движенье ума
отметается вспять,
и сиянье звезды
на латуни осей
глушит звуки езды
на дистанции всей.
<?>
* Текст приводится по неизвестному источнику. — С. В.
———
* * *
Мне говорят, что нужно уезжать.
Да-да. Благодарю. Я собираюсь.
Да-да. Я понимаю. Провожать
не следует. Да, я не потеряюсь.
Ах, что вы говорите — дальний путь.
Какой-нибудь ближайший полустанок.
Ах, нет, не беспокойтесь. Как-нибудь.
Я вовсе налегке. Без чемоданов.
Да-да. Пора идти. Благодарю.
Да-да. Пора. И каждый понимает.
Безрадостную зимнюю зарю
над родиной деревья поднимают.
Все кончено. Не стану возражать.
Ладони бы пожать — и до свиданья.
Я выздоровел. Нужно уезжать.
Да-да. Благодарю за расставанье.
Вези меня по родине, такси.
Как будто бы я адрес забываю.
В умолкшие поля меня неси.
Я, знаешь ли, с отчизны выбываю.
Как будто бы я адрес позабыл:
к окошку запотевшему приникну
и над рекой, которую любил,
я расплачусь и лодочника крикну.
(Все кончено. Теперь я не спешу.
Езжай назад спокойно, ради Бога.
Я в небо погляжу и подышу
холодным ветром берега другого.)
Ну, вот и долгожданный переезд.
Кати назад, не чувствуя печали.
Когда войдешь на родине в подъезд,
я к берегу пологому причалю.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
* * *
Мы незримы будем, чтоб снова
в ночь играть, а потом искать
в голубом явлении слова
ненадежную благодать.
До того ли звук осторожен?
Для того ли имен драже?
Существуем по милости Божьей
вопреки словесам ворожей.
И светлей неоржавленной стали
мимолетный овал волны.
Мы вольны различать детали,
мы речной тишины полны.
Пусть не стали старше и строже
и живем на ребре реки,
мы покорны милости Божьей
крутизне дождей вопреки.
<?>
* Текст приводится по неизвестному источнику. — С. В.
———
Наступает весна
Дмитрию Бобышеву
Пресловутая иголка в не менее достославном стоге,
в городском полумраке, полусвете,
в городском гаме, плеске и стоне
тоненькая песенка смерти.
Верхний свет улиц, верхний свет улиц
всЈ рисует нам этот город и эту воду,
и короткий свист у фасадов узких,
вылетающий вверх, вылетающий на свободу.
Девочка-память бредет по городу, бренчат в ладони монеты,
мертвые листья кружатся выпавшими рублями,
над рекламными щитами узкие самолеты взлетают в небо,
как городские птицы над железными кораблями.
Громадный дождь, дождь широких улиц льется над мартом,
как в те дни возвращенья, о которых мы не позабыли.
Теперь ты идешь один, идешь один по асфальту,
и навстречу тебе летят блестящие автомобили.
Вот и жизнь проходит, свет над заливом меркнет,
шелестя платьем, тарахтя каблуками, многоименна,
и ты остаешься с этим народом, с этим городом и с этим веком,
да, один на один, как ты ни есть ребенок.
Девочка-память бредет по городу, наступает вечер,
льется дождь, и платочек ее хоть выжми,
девочка-память стоит у витрин и глядит на бельЈ столетья
и безумно свистит этот вечный мотив посредине жизни.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Памяти Феди Добровольского
Мы продолжаем жить.
Мы читаем или пишем стихи.
Мы разглядываем красивых женщин,
улыбающихся миру с обложки
иллюстрированных журналов.
Мы обдумываем своих друзей,
возвращаясь через весь город
в полузамерзшем и дрожащем трамвае:
мы продолжаем жить.
Иногда мы видим деревья,
которые
черными обнаженными руками
поддерживают бесконечный груз неба,
или подламываются под грузом неба,
напоминающего по ночам землю.
Мы видим деревья,
лежащие на земле.
Мы продолжаем жить.
Мы, с которыми ты долго разговаривал
о современной живописи,
или с которыми пил на углу
Невского проспекта
пиво, —
редко вспоминаем тебя.
И когда вспоминаем,
то начинаем жалеть себя,
свои сутулые спины,
свое отвратительно работающее сердце,
начинающее неудобно ерзать
в грудной клетке
уже после третьего этажа.
И приходит в голову,
что в один прекрасный день
с ним — с этим сердцем —
приключится какая-нибудь нелепость,
и тогда один из нас
растянется на восемь тысяч километров
к западу от тебя
на грязном асфальтированном тротуаре,
выронив свои книжки,
и последним, что он увидит,
будут случайные встревоженные лица,
случайная каменная стена дома
и повисший на проводах клочок неба, —
неба,
опирающегося на те самые деревья,
которые мы иногда замечаем….
1960
* Текст приводится по СИП. Датировка по кн. В. Полухиной. — С. В. ——— Памятник
Поставим памятник
в конце длинной городской улицы
или в центре широкой городской площади,
памятник,
который впишется в любой ансамбль,
потому что он будет
немного конструктивен и очень реалистичен.
Поставим памятник,
который никому не помешает.
У подножия пьедестала
мы разобьем клумбу,
а если позволят отцы города, —
небольшой сквер,
и наши дети
будут жмуриться на толстое
оранжевое солнце,
принимая фигуру на пьедестале
за признанного мыслителя,
композитора
или генерала.
У подножия пьедестала — ручаюсь —
каждое утро будут появляться
цветы.
Поставим памятник,
который никому не помешает.
Даже шоферы
будут любоваться его величественным силуэтом.
В сквере
будут устраиваться свидания.
Поставим памятник,
мимо которого мы будем спешить на работу,
около которого
будут фотографироваться иностранцы.
Ночью мы подсветим его снизу прожекторами.
Поставим памятник лжи.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Памятник Пушкину
…И Пушкин падает в голубо ватый колючий снег
Э. Багрицкий.
…И тишина.
И более ни слова.
И эхо.
Да еще усталость.
…Свои стихи
доканчивая кровью,
они на землю глухо опускались.
Потом глядели медленно
и нежно.
Им было дико, холодно
и странно.
Над ними наклонялись безнадежно
седые доктора и секунданты.
Над ними звезды, вздрагивая,
пели,
над ними останавливались
ветры…
Пустой бульвар.
И пение метели.1
Пустой бульвар.
И памятник поэту.
Пустой бульвар.
И пение метели.
И голова
опущена устало.
…В такую ночь
ворочаться в постели
приятней,
чем стоять
на пьедесталах.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
1 Вариант следующих двух строк, сообщЈнный по памяти Анной Румшиской: «И одинокий памятник поэту.» — С. В. ——— Песенка
«Пролитую слезу
из будущего привезу,
вставлю ее в колечко.
Будешь глядеть одна,
надевай его на
безымянный, конечно».
«Ах, у других мужья,
перстеньки из рыжья,
серьги из перламутра.
А у меня — слеза,
жидкая бирюза,
просыхает под утро».
«Носи перстенек, пока
виден издалека;
потом другой подберется.
А надоест хранить,
будет что уронить
ночью на дно колодца».
<?>
———
Песенка о Феде Добровольском
Желтый ветер манчжурский,
говорящий высоко
о евреях и русских,
закопанных в сопку.
О, домов двухэтажных
тускловатые крыши!
О, земля-то всЈ та же.
Только небо — поближе.
Только минимум света.
Только утлые птицы,
словно облачко смерти
над землей экспедиций.
И глядит на Восток,
закрываясь от ветра,
черно-белый цветок
двадцатого века.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Посвящение Глебу Горбовскому
Уходить из любви в яркий солнечный день, безвозвратно;
Слышать шорох травы вдоль газонов, ведущих обратно,
В темном облаке дня, в темном вечере зло, полусонно
Лай вечерних собак — сквозь квадратные гнезда газона.
Это трудное время. Мы должны пережить, перегнать эти годы,
С каждым новым страданьем забывая былые невзгоды,
И встречая, как новость, эти раны и боль поминутно,
Беспокойно вступая в туманное новое утро.
Как стремительна осень в этот год, в этот год путешествий.
Вдоль белесого неба, черно-красных умолкших процессий,
Мимо голых деревьев ежечасно проносятся листья,
Ударяясь в стекло, ударяясь о камень — мечты урбаниста.
Я хочу переждать, перегнать, пережить это время,
Новый взгляд за окно, опуская ладонь на колени,
И белесое небо, и листья, и полоска заката сквозная,
Словно дочь и отец, кто-то раньше уходит, я знаю.
Пролетают, летят, ударяются о’ землю, падают боком,
Пролетают, проносятся листья вдоль запертых окон,
ВсЈ, что видно сейчас при угасшем, померкнувшем свете,
Эта жизнь, словно дочь и отец, словно дочь и отец, но не хочется смерти.
Оживи на земле, нет, не можешь, лежи, так и надо,
О, живи на земле, как угодно живи, даже падай,
Но придет еще время — расстанешься с горем и болью,
И наступят года без меня с ежедневной любовью.
И, кончая в мажоре, в пожаре, в мажоре полета,
соскользнув по стеклу, словно платье с плеча, как значок поворота,
Оставаясь, как прежде, надолго ль, как прежде, на месте,
Не осенней тоской — ожиданьем зимы, несмолкающей песней.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
* * *
Проходя мимо театра Акимова,
голодным взглядом витрины окидывая,
выделяя слюну пресную,
я замышляю написать пьесу
во славу нашей социалистической добродетели,
побеждающей на фоне современной мебели.
Левую пьесу рукою правой
я накропаю довольно скоро,
а товарищ Акимов ее поставит,
соответственно ее сначала оформив.
И я, Боже мой, получу деньги.
И все тогда пойдет по-другому.
И бороду сбрив, я войду по ступеням
в театр… в третий зал гастронома.
<?>
* Текст приводится по неизвестному источнику. — С. В.
———
Рыбы зимой
Рыбы зимой живут.
Рыбы жуют кислород.
Рыбы зимой плывут,
задевая глазами
лед.
Туда.
Где глубже.
Где море.
Рыбы.
Рыбы.
Рыбы.
Рыбы плывут зимой.
Рыбы хотят выплыть.
Рыбы плывут без света.
Под солнцем
зимним и зыбким.
Рыбы плывут от смерти
вечным путем
рыбьим.
Рыбы не льют слезы:
упираясь головой
в глыбы,
в холодной воде
мерзнут
холодные глаза
рыбы.
Рыбы
всегда молчаливы,
ибо они —
безмолвны.
Стихи о рыбах,
как рыбы,
встают поперек
горла.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Слава
Над утлой мглой столь кратких поколений,
пришедших в мир, как посетивших мир,
нет ничего достойней сожалений,
чем свет несвоевременных мерил.
По городам, поделенным на жадность,
он катится, как розовый транзит,
о, очень приблизительная жалость
в его глазах намеренно скользит.
Но снежная Россия поднимает
свой утлый дым над крышами имен,
как будто он еще не понимает,
но всЈ же вскоре осознает он
ее полуовальные портреты,
ее глаза, а также голоса,
к эстетике минувшего столетья
анапесты мои соотнеся.
В иных домах, над запахами лестниц,
над честностью, а также над жульем,
мы доживем до аналогий лестных,
до сексуальных истин доживем.
В иных домах договорим о славе,
и в жалости потеющую длань,
как в этих скудных комнатах, оставим
агностицизма северную дань.
Прости, о, Господи, мою витиеватость,
неведенье всеобщей правоты
среди кругов, овалами чреватых,
и столь рациональной простоты.
Прости меня — поэта, человека —
о, кроткий Бог убожества всего,
как грешника или как сына века,
всего верней — как пасынка его.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Сонет
Переживи всех.
Переживи вновь,
словно они — снег,
пляшущий снег снов.
Переживи углы.
Переживи углом.
Перевяжи узлы
между добром и злом.
Но переживи миг.
И переживи век.
Переживи крик.
Переживи смех.
Переживи стих.
Переживи всех.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Сонет к Глебу Горбовскому
Мы не пьяны. Мы, кажется, трезвы.
И, вероятно, вправду мы поэты,
Когда, кропая странные сонеты,
Мы говорим со временем на «вы».
И вот плоды — ракеты, киноленты.
И вот плоды: велеречивый стих…
Рисуй, рисуй, безумное столетье,
Твоих солдат, любовников твоих,
Смакуй их своевременную славу!
Зачем и правда, все-таки, — неправда,
Зачем она испытывает нас…
И низкий гений твой переломает ноги,
Чтоб осознать в шестидесятый раз
Итоги странствований, странные итоги.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Сонет к зеркалу
Не осуждая позднего раскаянья,
не искажая истины условной,
ты отражаешь Авеля и Каина,
как будто отражаешь маски клоуна.
Как будто все мы — только гости поздние,
как будто наспех поправляем галстуки,
как будто одинаково — погостами —
покончим мы, разнообразно алчущие.
Но, сознавая собственную зыбкость,
Ты будешь вновь разглядывать улыбки
и различать за мишурою ценность,
как за щитом самообмана — нежность…
О, ощути за суетностью цельность
и на обычном циферблате — вечность!
<?>
———
Стихи о слепых музыкантах
Слепые блуждают
ночью.
Ночью намного проще
перейти через площадь.
Слепые живут
наощупь,
трогая мир руками,
не зная света и тени
и ощущая камни:
из камня делают
стены.
За ними живут мужчины.
Женщины.
Дети.
Деньги.
Поэтому
несокрушимые
лучше обойти
стены.
А музыка — в них
упрется.
Музыку поглотят камни.
И музыка
умрет в них,
захватанная руками.
Плохо умирать ночью.
Плохо умирать
наощупь.
Так, значит, слепым — проще…
Слепой идет
через площадь.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Стук
Свивает осень в листьях эти гнезда.
Здесь в листьях
осень, стук тепла,
плеск веток, дрожь сквозь день,
сквозь воздух,
завернутые листьями тела
птиц горячи.
Здесь дождь. Рассвет не портит
чужую смерть, ее слова, тот длинный лик,
песок великих рек, ты говоришь, да осень. Ночь
приходит,
повертывая их наискосок
к деревьям осени, их гнездам, мокрым лонам,
траве. Здесь дождь, здесь ночь. Рассвет
приходит с грунтовых аэродромов
минувших лет в Якутии. Тех лет
повернут лик,
да дважды дрожь до смерти
твоих друзей, твоих друзей, из гнезд
негромко выпавших, их дрожь. Вот на рассвете
здесь также дождь, ты тронешь ствол,
здесь гнет.
Ох, гнезда, гнезда, гнезда. Стук умерших
о теплую траву, тебя здесь больше нет.
Их нет.
В свернувшемся листе сухом, на мху истлевшем
теперь в тайге один вот след.
О, гнезда, гнезда черные умерших!
Гнезда без птиц, гнезда в последний раз
так страшен цвет, вас с каждым днем все меньше.
Вот впереди, смотри, все меньше нас.
Осенний свет свивает эти гнезда.
В последний раз шагнешь на задрожавший мост.
Смотри, кругом стволы,
ступай, пока не поздно
услышишь крик из гнезд, услышишь крик из гнезд.
<?>
* Текст приводится по неизвестному источнику. — С. В.
———
* * *
Теперь я уезжаю из Москвы.
Ну, Бог с тобой, нескромное мученье.
Так вот они как выглядят, увы,
любимые столетия мишени.
Ну что ж, стреляй по перемене мест,
и салютуй реальностям небурным,
хотя бы это просто переезд
от сумрака Москвы до Петербурга.
Стреляй по жизни, равная судьба,
о, даже приблизительно не целься.
Вся жизнь моя — неловкая стрельба
по образам политики и секса.
ВсЈ кажется, что снова возвратим
бесплодность этих выстрелов бесплатных,
как некий приз тебе, Москва, о, тир —
все мельницы, танцоры, дипломаты.
Теперь я уезжаю из Москвы,
с пустым кафе расплачиваюсь щедро.
Так вот оно, подумаете вы,
бесславие в одЈже разобщенья.
А впрочем, не подумаете, нет.
Зачем кружил вам облик мой случайный?
Но одиноких странствований свет
тем легче, чем их логика печальней.
Живи, живи, и делайся другим,
и, слабые дома сооружая,
живи, по временам переезжая,
и скупо дорожи недорогим.
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Художник
Он верил в свой череп.
Верил.
Ему кричали:
«Нелепо!»
Но падали стены.
Череп,
Оказывается, был крепок.
Он думал:
За стенами чисто.
Он думал,
Что дальше — просто.
…Он спасся от самоубийства
Скверными папиросами.
И начал бродить по селам,
По шляхам,
Желтым и длинным;
Он писал для костелов
Иуду и Магдалину.
И это было искусство.
А после, в дорожной пыли
Его
Чумаки сивоусые
Как надо похоронили.
Молитвы над ним не читались,
Так,
Забросали глиной…
Но на земле остались
Иуды и Магдалины!
<?>
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
* * *
Прощай,
позабудь
и не обессудь.
А письма сожги,
как мост.
Да будет мужественным
твой путь,
да будет он прям
и прост.
Да будет во мгле
для тебя гореть
звездная мишура,
да будет надежда
ладони греть
у твоего костра.
Да будут метели,
снега, дожди
и бешеный рев огня,
да будет удач у тебя впереди
больше, чем у меня.
Да будет могуч и прекрасен
бой,
гремящий в твоей груди.
Я счастлив за тех,
которым с тобой,
может быть,
по пути.
1957
———
Стихи о принятии мира
Я. Гордину
Все это было, было.
Все это нас палило.
Все это лило, било,
вздергивало и мотало,
и отнимало силы,
и волокло в могилу,
и втаскивало на пьедесталы,
а потом низвергало,
а потом — забывало,
а потом вызывало
на поиски разных истин,
чтоб начисто заблудиться
в жидких кустах амбиций,
в дикой грязи простраций,
ассоциаций, концепций
и — просто среди эмоций.
Но мы научились драться
и научились греться
у спрятавшегося солнца
и до земли добираться
без лоцманов, без лоций,
но — главное — не повторяться.
Нам нравится постоянство.
Нам нравятся складки жира
на шее у нашей мамы,
а также — наша квартира,
которая маловата
для обитателей храма.
Нам нравится распускаться.
Нам нравится колоситься.
Нам нравится шорох ситца
и грохот протуберанца,
и, в общем, планета наша,
похожая на новобранца,
потеющего на марше.
3 декабря 1958
* Стихотворение отсутствует во 2-м изд. СИБ. — С. В.
———
* * *
Еврейское кладбище около Ленинграда.
Кривой забор из гнилой фанеры.
За кривым забором лежат рядом
юристы, торговцы, музыканты, революционеры.
Для себя пели.
Для себя копили.
Для других умирали.
Но сначала платили налоги,
уважали пристава,
и в этом мире, безвыходно материальном,
толковали Талмуд,
оставаясь идеалистами.
Может, видели больше.
А, возможно, верили слепо.
Но учили детей, чтобы были терпимы
и стали упорны.
И не сеяли хлеба.
Никогда не сеяли хлеба.
Просто сами ложились
в холодную землю, как зерна.
И навек засыпали.
А потом — их землей засыпали,
зажигали свечи,
и в день Поминовения
голодные старики высокими голосами,
задыхаясь от голода, кричали об успокоении.
И они обретали его.
В виде распада материи.
Ничего не помня.
Ничего не забывая.
За кривым забором из гнилой фанеры,
в четырех километрах от кольца трамвая.
1958
———
Петухи
Звезды еще не гасли.
Звезды были на месте,
когда они просыпались
в курятнике
на насесте
и орали гортанно.
…Тишина умирала,
как безмолвие храма
с первым звуком хорала.
Тишина умирала.
Оратаи вставали
и скотину в орала
запрягали, зевая
недовольно и сонно.
Это было начало.
Приближение солнца
это всЈ означало,
и оно поднималось
над полями,
над горами.
…Петухи отправлялись
за жемчужными зернами.
Им не нравилось просо.
Им хотелось получше.
Петухи зарывались
в навозные кучи.
Но зерно находили.
Но зерно извлекали
и об этом с насеста
на рассвете кричали:
— Мы нашли его сами.
И очистили сами.
Об удаче сообщаем
собственными голосами.
В этом сиплом хрипении
за годами,
за веками
я вижу материю времени,
открытую петухами.
1958
* Стихотворение отсутствует во 2-м изд. СИБ. — С. В.
———
Пилигримы
«Мои мечты и чувства в сотый раз
Идут к тебе дорогой пилигримов»
В. Шекспир
Мимо ристалищ, капищ,
мимо храмов и баров,
мимо шикарных кладбищ,
мимо больших базаров,
мира и горя мимо,
мимо Мекки и Рима,
синим солнцем палимы,
идут по земле пилигримы.
Увечны они, горбаты,
голодны, полуодеты,
глаза их полны заката,
сердца их полны рассвета.
За ними поют пустыни,
вспыхивают зарницы,
звезды горят над ними,
и хрипло кричат им птицы:
что мир останется прежним,
да, останется прежним,
ослепительно снежным,
и сомнительно нежным,
мир останется лживым,
мир останется вечным,
может быть, постижимым,
но все-таки бесконечным.
И, значит, не будет толка
от веры в себя да в Бога.
…И, значит, остались только
иллюзия и дорога.
И быть над землей закатам,
и быть над землей рассветам.
Удобрить ее солдатам.
Одобрить ее поэтам.
1958
———
Стихи под эпиграфом
«То, что дозволено Юпитеру,
не дозволено быку…»
Каждый пред Богом
наг.
Жалок,
наг
и убог.
В каждой музыке
Бах,
В каждом из нас
Бог.
Ибо вечность —
богам.
Бренность —
удел быков…
Богово станет
нам
Сумерками богов.
И надо небом
рискнуть,
И, может быть,
невпопад
Еще не раз нас
распнут
И скажут потом:
распад.
И мы
завоем
от ран.
Потом
взалкаем даров…
У каждого свой
храм.
И каждому свой
гроб.
Юродствуй,
воруй,
молись!
Будь одинок,
как перст!..
…Словно быкам —
хлыст,
вечен богам
крест.
1958
* Текст приводится по СИП. — С. В.
———
Камни на земле
Эти стихи о том, как лежат на земле камни,
простые камни, половина которых не видит солнца,
простые камни серого цвета,
простые камни,— камни без эпитафий.
Камни, принимающие нашу поступь,1
белые под солнцем, а ночью камни
подобны крупным глазам рыбы,
камни, перемалывающие нашу поступь,—
вечные жернова вечного хлеба.
Камни, принимающие нашу поступь,
словно черная вода — серые камни,
камни, украшающие шею самоубийцы,
драгоценные камни, отшлифованные благоразумием.

Сохранить

Как найти себя

На каком жизненном этапе вы сейчас находитесь? Перед тем, как начать что-то менять, надо понять, что вы имеете сейчас, каким образом к этому пришли. Оценка своих ошибок, неудач и успехов – нелегкая задача. Придется честно посмотреть на свою жизнь и не бояться критиковать сам себя.

Проанализируйте ситуацию

Ответьте на следующие вопросы:

  • Что вас сейчас окружает?
  • Кто вы – пессимист или оптимист?
  • Какие люди рядом с вами, есть ли те, кто препятствует личностному росту?
  • Как вы пришли к сегодняшнему состоянию?
  • Какие качества вашей личности мешают успеху?
  • Какие качества вашей личности помогают двигаться вперед?
  • Есть ли у вас мечты?
  • По каким причинам вы не стали реализовывать ваши мечты – действительно ли они были настоящими?
  • Есть ли у вас страхи, мешающие двигаться вперед, и действительно ли вы хотите от них избавиться? С некоторыми страхами человеку жизнь удобно – он находит себе оправдания, чтобы ничего не делать.
  • Жалеете ли вы себя и требуете ли проявление жалости от других людей?

Говорите с собой честно и открыто. Ответы на вопросы лучше записать на листе бумаги.

Двигайтесь вперед

Поняв, что надо изменить, можно начинать двигаться вперед.

Первое правило – делать. У вас ничего не получится, если вы будете сидеть в депрессии и даже не пытаться ничего изменить. Если вы поссорились с партнером и хотите его вернуть – не ждите, что он сделает первый шаг, пробуйте мириться сами. Если вас не устраивают отношения, либо пытайтесь изменить их, либо уходите в поисках другого партнера.

11 советов, как найти себя в жизни

  1. Быть активным. Постоянно двигаться.
  2. Учиться, каждый день узнавать что-то новое. Заставляйте свой мозг работать, иначе клетки начнут отмирать за ненадобностью. Читайте книги, научные статьи, ходите на курсы повышения квалификации, получайте новые навыки.
  3. Регулярно заводить новые знакомства – связи всегда пригодятся. Вперед чаще всего продвигаются те, кто общительны, легко контактируют с людьми, умеют найти с ними общий язык.
  4. Избавляться от страхов. Успешные люди борются со своими фобиями, потому что они мешают продвижению вперед. Если хотите сделать успешную презентацию – придется избавиться от страха публичного выступления. Хотите открыть частное предприятие – забудьте про страх неудач.
  5. Уходить оттуда, где не устраивает либо пытаться что-то изменить. Люди часто остаются на нелюбимой работе, держась за мнимую стабильность. А в итоге постоянные стрессы, неврозы, болезни, забытые мечты. Также и с отношениями – они тянут отношения, которые давно не приносят радости и удовлетворения, не решаясь уйти туда, где им будет хорошо и где их ждут.
  6. Общаться с позитивными, умными и успешными людьми. Депрессивные и неудачники тянут вас назад – сведите общение с ними к минимуму. Обратите внимание, насколько меняется ваше настроение, когда вы общаетесь с теми, кто постоянно жалуется на свою плохую жизнь. И как вы отлично себя чувствуете, когда рядом счастливый человек, который настраивает и других людей рядом на позитивный лад. Будьте и сами таким позитивным человеком, чтобы окружающие к вам тянулись.
  7. Меняйте установки, если они препятствуют вашему продвижению вперед.
  8. Ломайте стереотипы, перестаньте действовать по привычным шаблонам – они значительно тормозят развитие.
  9. Пробуйте. От ошибок никто не застрахован. Ошибки – это опыт и этап к очередному продвижению.
  10. Занимайтесь творчеством. Оно помогает развивать мышление, креативность, избавляться от стресса.
  11. Не бойтесь говорить «нет», если вас что-то не устраивает. Люди с удовольствием будут пользоваться вашей добротой, ничего не давая взамен. Вы имеете полное право отказать, даже если просьба исходит от близкого родственника или друга. Не бойтесь, что они обидятся, вы свободны в своем выборе.

Посмотрите, на что вы больше всего обращаете внимание. В чем вы хорошо разбираетесь. Например, у вас есть интересное хобби. Оно может приносить не только удовольствие, но и прибыль.

Упражнение на поиск себя

Определить свои наклонности поможет следующее упражнение.

Представьте, что вы уже полностью состоявшийся человек, в профессии и личной жизни.

  • Кем вы являетесь;
  • Каких успехов добились;
  • Кто рядом с вами;
  • Какой ваш уровень благосостояния;
  • Какими путями вы к этому шли.

Упражнение поможет прояснить направления движения, повысить уровень мотивации.

Как найти себя в профессии


Работа – важная часть жизни любого человека. По ней можно судить, насколько человек состоялся. Если вы только начинаете свой профессиональный путь, перед вами открыты любые пути.

  • Пройдите тестирование по профориентации у психолога, если пока сами не определились с направлением деятельности.
  • Выберите учебное заведение.
  • Если поняли, что выбранная специальность вам не подходит, не бойтесь уходить. Лучше найти именно то, что будет доставлять вам удовольствие и принесет прибыль.
  • Слушайте себя. Часто родители пытаются отправить детей на учебу на специальность, которая кажется им правильной. А в итоге – разочарование и работа на нелюбимой должности.

Менять профессию можно и в 40, и в 50 лет. Понимаете, что работа не доставляет вам радости, – меняйте. Вы можете сменить должность, компанию, направление деятельности, уйти в предпринимательство.

Как определиться с выбором

  • Вспомните, была ли у вас мечта – кем вы хотели работать.
  • Решите, какой уровень зарплаты вам необходим. Ставьте реальные цели, но слишком не занижайте планку. Ваша задача – иметь хороший уровень благосостояния.
  • Пройдите обучение, если этого требует смена должности.
  • Найдите несколько вакансий и отправляйтесь на собеседование.
  • Найти хорошую должность можно и через знакомых, поэтому надо постоянно расширять свой круг контактов.

В поиске подходящей профессии важно выявить, кто вы, лидер по жизни или предпочитаете не брать на себя ответственность и занимать более простые должности.

Профессия по типу темперамента

Психолог поможет выяснить тип темперамента. Холерикам, сангвиникам больше подходят должности, где надо общаться с большим количеством людей. У этих темпераментов высокий уровень энергии и потребность в контактах.

Меланхоликам подойдет спокойная работа, где минимум общения. Флегматики рассудительны, иногда медлительны и при этом терпеливы.

Когда не поздно

Если дата рождения указывает на то, что возраст близится к 30, 40 годам или еще больше – это не повод опускать руки. Поиском своего предназначения можно заниматься всю жизнь, это не плохо, ведь этот путь подразумевает саморазвитие. Следовательно, любой возраст будет подходить для поиска целей.

В разном возрасте меняются интересы. То, что в 18 лет казалось пределом мечтаний, к 30 годам может оказаться смешным и нелепым. Человек становится избирателем своей судьбы, когда решается на перемены. Для того чтобы быть верным своей цели, психологи советуют:

  1. вспомнить цель своих действий;
  2. вспомнить, сколько было уже сделано;
  3. важные решения принимать отдохнувшим и выспавшимся.

Наши эксперты могут проверить Ваше сочинение по критериям ЕГЭ

Эксперты сайта Критика24.ру
Учителя ведущих школ и действующие эксперты Министерства просвещения Российской Федерации.

Как стать экспертом?

– Вот и вся моя работа. Стеречь ребят над пропастью во ржи.Знаю, что глупости, но это единственное, чего мне хочется по-настоящему. Наверно, я дурак.» Он хочет ловить ребят у пропасти, но сам стремится к ней, бесконечной, ужасной, опасной. Его не понимает никто, он одинок, из целого мира близка ему лишь Фиби, такая маленькая, но не по годам умная. Именно она дарит молодому человеку минуты счастья и радости, именно она встречается в конечной сцене, она, катающаяся на карусели, заставляющая Холдена почувствовать хоть на миг спокойствие и умиротворение, потому что дальше его вновь ждут лишь разочарование и

бесконечные противостояния, ведь он не нашел себя и, может быть, никогда уже не найдёт.

Поиск себя – невероятно сложный путь, который далеко не все могут пройти. И как бы сильно нам ни хотелось его преодолеть, многих из нас ждёт лишь пропасть во ржи.

Посмотреть все сочинения без рекламы можно в нашем

Чтобы вывести это сочинение введите команду /id14424

Обновлено: 2017-10-08 Опубликовал(а): Настенька89

Как раскрыть себя?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *