Джейн Реш Томас,

которая подарила мне кролика

и придумала ему имя

Сердце бьётся моё, разобьётся – и вновь оживает.

Я обязан пройти через тьму, углубляясь во мрак, без оглядки.

Стенли Куниц. «Древо познания» Глава первая

Однажды в доме на Египетской улице жил кролик. Сделан он был почти целиком из фарфора: у него были фарфоровые лапки, фарфоровая голова, фарфоровое тело и даже фарфоровый нос. Чтобы он мог сгибать фарфоровые локотки и фарфоровые коленки, суставы на лапках соединялись проволокой, и это позволяло кролику свободно двигаться.

Уши у него были сделаны из настоящей кроличьей шерсти, а внутри неё пряталась проволока, очень крепкая и гибкая, поэтому уши могли принимать самые разные положения, и тут же становилось понятно, какое у кролика настроение: веселится он, грустит или тоскует. Хвост у него тоже был сделан из настоящей кроличьей шерсти – такой пушистый, мягкий, вполне достойный хвост.

Звали кролика Эдвард Тюлейн. Он был довольно высок – сантиметров девяносто от кончиков ушей до кончиков лапок. Его нарисованные глаза сияли пронзительно голубым светом. Очень даже умные глазки.

В общем, Эдвард Тюлейн считал себя выдающимся созданием. Ему не нравились только его усики – длинные и элегантные, как и положено, но какого-то неизвестного происхождения. Эдвард был практически уверен, что это не кроличьи усы. Но вопрос о том, кому – какому малоприятному животному? – эти усики принадлежали изначально, был для Эдварда мучительным, и он не мог размышлять над ним слишком долго. Эдвард вообще не любил думать о неприятном. И не думал.

Хозяйкой Эдварда была темноволосая девочка десяти лет по имени Абилин Тюлейн. Она ценила Эдварда почти так же высоко, как Эдвард ценил сам себя. Каждое утро, собираясь в школу, Абилин одевалась сама и одевала Эдварда.

У фарфорового кролика был обширнейший гардероб: тут тебе и шёлковые костюмы ручной работы, и туфли, и ботинки из тончайшей кожи, сшитые специально по его кроличьей лапке. А ещё у него было великое множество шляп, и во всех этих шляпах были проделаны специальные дырочки для длинных и выразительных ушей Эдварда. Все его замечательно скроенные брюки имели по специальному карманчику для имевшихся у кролика золотых часов с цепочкой. Абилин сама заводила эти часы каждое утро.

– Ну вот, Эдвард, – говорила она, заведя часы, – когда длинная стрелка будет на двенадцати, а короткая на трёх, я вернусь домой. К тебе.

Она сажала Эдварда на стул в столовой и ставила стул так, чтобы Эдвард смотрел в окно и видел дорожку, которая ведёт к дому Тюлейнов. Часы она клала на его левую коленку. После этого она целовала кончики его несравненных ушей и уходила в школу, а Эдвард целый день глядел из окошка на Египетскую улицу, слушал тиканье часов и поджидал хозяйку.

Из всех времен года кролик больше всего любил зиму, потому что солнце зимой садилось рано, за окном столовой, где он сидел, быстро темнело, и Эдвард видел в тёмном стекле собственное отражение. И какое же это было замечательное отражение! Какой он вообще был изящный, замечательный кролик! Эдвард никогда не уставал восхищаться собственным совершенством.

А вечером Эдвард восседал в столовой вместе со всем семейством Тюлейн: с Абилин, её родителями и бабушкой, которую звали Пелегрина. Честно говоря, уши Эдварда едва виднелись из-за стола, а если ещё честнее, он не умел есть и мог лишь смотреть прямо перед собой – на свисающий со стола край ослепительно белой скатерти. Но всё-таки он сидел вместе со всеми. Принимал, так сказать, участие в трапезе как член семьи.

Родители Абилин находили совершенно очаровательным, что их дочка обращается с Эдвардом точно с живым существом и даже иногда просит их повторить какую-нибудь фразу, потому что Эдвард её якобы не расслышал.

– Папа, – говорила в таких случаях Абилин, – боюсь, Эдвард не расслышал твои последние слова.

Тогда папа Абилин поворачивался к Эдварду и медленно повторял сказанное – специально для фарфорового кролика. А Эдвард притворялся, что слушает, – естественно, чтобы угодить Абилин. Но, положа руку на сердце, он не очень-то интересовался тем, что говорят люди. Кроме того, ему не очень-то нравились родители Абилин и их снисходительное к нему отношение. Так относились к нему вообще все взрослые, за одним-единственным исключением.

Исключением была Пелегрина. Она говорила с ним, как и её внучка, на равных. Бабушка Абилин была очень стара. Старуха с большим острым носом и яркими, тёмными, сверкающими, как звёзды, глазами. Кролик Эдвард и на свет-то появился благодаря Пелегрине. Именно она заказала и самого кролика, и его шёлковые костюмы, и его карманные часы, и его очаровательные шляпки, и его выразительные гибкие уши, и его замечательную кожаную обувь, и даже суставчики на его лапках. Заказ выполнил кукольных дел мастер из Франции, откуда Пелегрина была родом. И она подарила кролика девочке Абилин на седьмой день рождения.

Именно Пелегрина приходила каждый вечер в спальню внучки, чтобы подоткнуть ей одеяло. То же самое она делала и для Эдварда.

– Пелегрина, ты расскажешь нам сказку? – спрашивала Абилин каждый вечер.

– Нет, милочка, не сегодня, – отвечала бабушка.

– А когда же? – спрашивала Абилин. – Когда?

– Скоро, – отвечала Пелегрина, – очень скоро.

А потом она выключала свет, и Эдвард с Абилин оставались в темноте.

– Эдвард, я люблю тебя, – говорила Абилин каждый вечер, после того как Пелегрина выходила из комнаты.

Девочка произносила эти слова и замирала, будто ждала, что Эдвард скажет ей что-нибудь в ответ.

Эдвард молчал. Он молчал, потому что, разумеется, не умел говорить. Он лежал в своей маленькой кроватке рядом с большой кроватью Абилин. Он смотрел в потолок, слушал, как дышит девочка – вдох, выдох, – и хорошо знал, что скоро она уснёт. Сам Эдвард никогда не спал, потому что глаза у него были нарисованные и закрываться не умели.

Иногда Абилин укладывала его не на спинку, а на бочок, и сквозь щели в шторах он мог смотреть в окно. В ясные ночи светили звёзды, и их далёкий неверный свет успокаивал Эдварда совершенно особым образом: он даже не понимал, почему так происходит. Часто он смотрел на звёзды всю ночь напролёт, пока темнота не растворялась в утреннем свете.

Семейные библиотеки детский литературы по сравнению с нашим детством почти не изменились. Если посмотреть, какие детские книги стоят на полках в большинстве православных семей, окажется, что они те же, что и 10 лет назад, и 20, и 30. За редкими исключениями. А на вопрос, какие современные книги читают ваши дети, отвечают: «Гарри Поттер». На самом деле, есть прекрасные книги, о которых мы почти не знаем. Об одной такой — Анастасия Отрощенко, Милосердие.ру, специально для Православие и мир.

Сказку «Удивительное приключение кролика Эдварда» написала американская писательница Кейт ДиКамилло. Она родилась в 1964 году и, как написано во всех ее биографиях, с детства мечтала писать книги. Она закончила университет Флориды и получила диплом по английскому языку и литературе, но затем 9 лет занималась совершенно другими вещами — выращивала цветы, продавала билеты в цирк. В 30 лет она устроилась работать на книжный склад, вот тут-то и начала осуществляться ее детская мечта — она начинает писать.

Первая же книга писательницы «Спасибо Уинн-Дикси» произвела большое впечатление на американских родителей. История о том, как переехавшая в новый городок девочка, страдающая от одиночества, подбирает в магазине бездомную собаку, которая становится верным другом, тронула и детские, и родительские сердца. Затем появилась книга «Приключения мышонка Десперо», впоследствии экранизированная.

«Удивительное путешествие кролика Эдварда» было написано в 2006 году. О чем эта книга? О любви. В самом высоком понимании этого слова. О том, что любовью обязательно нужно делиться, любви надо учиться. Но все по порядку.

«Однажды в доме на Египетской улице жил кролик. Сделан он был почти целиком из фарфора: у него были фарфоровые лапки, фарфоровая голова, фарфоровое тело и даже фарфоровый нос…» Он был не просто красив, он был элегантен от кончиков ушей, сделанных из настоящей кроличьей шерсти, до пушистого, мягкого хвостика. У него были красивые костюмы на все случаи жизни и даже маленькие часы на цепочке.

Любой был бы счастлив оказаться на его месте, тем более, что его хозяйкой была маленькая девочка по имени Абилин, любящая и преданная. Но кролик Эдвард не испытывал никаких чувств, он был равнодушен, видимо, потому что сердце его также было фарфоровым.

Что же происходит дальше? Кролик Эдвард вдруг оказывается совершенно в других условиях, чем те, к которым привык, — хулиганы-мальчишки бросают его за борт корабля, он много месяцев лежит на дне океана, затем его вылавливает рыбак, и кролик привязывается к нему и его жене. Дальше больше — кролика выкидывает на помойку злобная дочь рыбака, но находит собака Люси и бродяга Бык. Не буду утомлять читателей пересказом всех приключений Эдварда. Скажу лишь, что каждый новый хозяин учил его чему-то новому, и каждое расставание было очень грустным.

Неужели фарфоровое сердце могут растопить только печали? Самая грустная история, через которую писательница пропускает своего некогда такого элегантного и заносчивого героя — смерть от туберкулеза маленькой девочки Сары-Рут. Именно боль от утраты девочки делает кролика по-настоящему живым:

«Эдвард выпал из рук Сары-Рут еще накануне вечером, и она больше о нем не спрашивала. Лежа на полу лицом вниз, закинув руки за голову, Эдвард слушал, как плачет Брайс…

«Я тоже ее любил, — думал Эдвард. — Я любил ее, а теперь ее нет на свете. Странно это, очень странно. Как дальше жить в этом мире, если здесь не будет Сары-Рут?»

Книга для детей не обязательно должна быть веселой. «Удивительные приключения кролика Эдварда» — книга, скорее, грустная, но это не значит, что она лишена радости. Я думаю, что детям очень важно знать, что печаль и радость часто соседствуют, и потерями, несмотря на всю их тяжесть, жизнь не заканчивается. Редкое качество книги — уметь донести до сравнительно маленького ребенка (я читала эту книгу своим 6-летним детям) такие серьезные вещи.

Финал книги удивительный. Кролик, проскитавшись по свету много лет, случайно возвращается к своей первой хозяйке Абилин, она уже выросла, но у нее есть пятилетняя дочка:

«Однажды жил на свете кролик, который танцевал в весеннем саду вместе с дочкой той девочки, которая любила его в самом начале его жизни. Танцуя, девочка кружила кролика по лужайке. Иногда они кружились так быстро, что даже казалось, будто у них есть крылья, и они летят».

Попытаться взлететь над землей, преодолеть притяжение — очень важно, но если ты хочешь научиться любить, ты просто обязан это сделать. Примерно об этом книга американской писательницы Кейт ДиКамилло. Разве она не о христианстве?

Добро пожаловать в современную литературу, или «Удивительное путешествие кролика Эдварда»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *